И то и другое – прекрасно, но расходы все же возросли. Да одни только ежедневные обеды и ужины в лондонских кафе разорят кого угодно.
В общем, я разочаровывалась все больше и больше и потому старалась сосредоточиться исключительно на учебе.
Джессика блюла фигуру и не обедала, а ужинать ездила со своим парнем. И все чаще не приходила ночевать.
Мне это было на руку: ведь можно допоздна сидеть в наушниках, не стесняясь в полный голос артикулировать вслед за дикторами.
Раза три я составила Джессике и ее бойфренду компанию, но мне не понравились места, в которые меня привозили.
Шумные, грязные, многолюдные. И, несмотря на разницу в интерьере, по сути одинаковые.
Кофе везде был хорош, а вот еда – не очень вкусная. И в меню – сплошь странные названия. Джессика объяснила, что это все национальные блюда.
А еще я почему-то оказывалась единственной светловолосой девушкой в этих кафе – а может, барах, – полных так называемых латиносов, и под перекрестным огнем любопытных взглядов ощущала себя обезьяной на арене цирка.
К нашему столику постоянно кто-то подходил, что-то говорил, подсаживался, нас представляли друг другу, но в круговороте и мельтешении незнакомых лиц я почти никого не запомнила.
А еще – все вокруг гомонили по-испански. Или на полупонятной смеси испанского с английским.
– Ты очень нравишься одному парню, – сказала после одного из таких ужинов Джессика, улыбаясь с заговорщицким видом.
Я пожала плечами. Мне не нужны были парни. И мужа я себе тоже не искала.
Потом, все потом. Может быть. Когда-нибудь. И уж точно не среди ее шумных и пестрых друзей.
На Рождество у нас на курсах планировалась особая программа: всех учащихся, кто не улетал на каникулы, разбирали английские семьи.
Как ни странно, по домам отправилось больше половины ребят. Остальным предстояло разъехаться по всему Лондону и пригородам, а некоторым – и того дальше.
Я попала в число этих некоторых и принялась надоедать нашей мисс Мэдди с удвоенной силой.
– Но, Хэлен, разве вы не хотите встретить Рождество в настоящей британской семье? – удивлялась она.
– Нет, мне хотелось бы поработать в Британской библиотеке.
Временный абонемент туда я оформила давно, но побывать – успела всего три раза.
– Но она же будет закрыта на Рождество!
– Да, но не две недели же.
– Хэлен, извините, это не по правилам, – вздыхала мисс Мэдди.
Но я не намеревалась от нее отставать.
Члены семьи, в которую меня пригласили на рождественские каникулы, в своей видеовизитке лучились доброжелательностью, однако жили они в каком-то подобии фермы чересчур далеко от города.
Мне совсем не хотелось возвращаться в деревенскую жизнь. Вообще больше никогда. Даже на две недели.
Выход неожиданно подсказала Джессика.
– Я договорилась с мисс Мэдди и буду справлять Рождество у родственников Хавьера. Может, тебе разрешат поехать к ним со мной? Это на севере Лондона, ты сможешь кататься в свою Британку на автобусе или метро. Я сегодня же поговорю с Хавьером. Не сомневаюсь, он будет только рад.
Я тоже не сомневалась, что он обрадуется.
Но вообще – мне не нравился ее Хавьер, не нравились его сальные волосы, сальное лицо и сальные взгляды.
Однако перспектива провести целых четырнадцать дней на ферме пугала еще больше.
В конце концов, как только откроется библиотека, я смогу сидеть в ней с утра до ночи. И вообще съехать в гостиницу, если захочу.
На курсах об этом не узнают. А если и узнают – ну не выгонят же меня за это! Так и сделаю.
Глава 16
СЕЙЧАС
Сейчас я вкратце пересказываю все это дяде Марселю и его людям.
Поначалу они слушают с каменными лицами, но вскоре дядя Марсель мрачнеет.
– Эээ… Лена? Лена. Послушай-ка, Лена. Что ты мне голову морочишь?
Я теряюсь и начинаю бояться еще больше.
– Но ведь вы сказали рассказывать с самого начала. Вот я и рассказываю.