Я не хотела ничего знать о его делах. Слава богу, Джо и не стремился о них рассказывать. Но зато сильно интересовался моими. Я отделывалась общими фразами.
Несмотря на мои возражения, по дороге мы заехали в кафе.
Сделав заказ, Джо позвонил мистеру Гарсие, отчитался о том, что я ужинаю с ним и вернусь домой поздно.
– Видишь, Эленита? – подмигнул он. – Все твои проблемы решаются очень просто.
– Хорошо, что у меня нет проблем.
– Тогда ты – настоящее чудо. – Джо рассмеялся. – Девушка без проблем – это мечта любого парня.
Да он и сам казался ожившей мечтой любой девушки, и не только из-за внешности. С Джо было очень легко. Легко и весело.
Он неизменно пребывал в прекрасном расположении духа, выглядел бодрым и свежим и ни разу не сделал откровенно ничего такого, что заставило бы меня сомневаться в его искреннем ко мне расположении.
Я бы и не сомневалась, если бы совсем недавно через подобное уже не прошла.
С Левушкой поначалу все происходило точно так же. И довольно быстро превратилось в кошмар.
Это такая особая тактика: быть рядом, всегда в доступе, видеться ежедневно, становиться привычным, нужным, незаменимым…
Окружать теплом и заботой, говорить неторопливо и мягко, ловить каждое твое слово, каждый твой взгляд, и улыбаться, улыбаться.
И прокалываться именно в этом.
Когда искренне любишь, не приходится удерживать улыбку, тщательно следя за тем, чтобы она не кривилась, не соскальзывала с лица, как небрежно приклеенная маска.
И тепло в глазах не приходится нагонять в тот момент, когда пересекаешься взглядами.
Короче говоря, я практически сразу заметила: когда Джо не знал, что я за ним наблюдаю, его лицо становилось напряженным и твердым.
А когда мы встречались глазами, всегда происходила некая короткая задержка – словно неслышный щелчок, прежде чем его взгляд менялся и начинал лучиться любовью и нежностью.
По утрам Джо приезжал в Энфилд, чтобы отвезти меня через полгорода, на Юстон-роуд, напоив по дороге кофе.
А по вечерам я получала в телефоне лаконичное «Я здесь» и находила Джо на одном и том же месте у выхода из библиотеки.
К Новому году часть рождественских гостей разъехалась по домам.
Родители Рамоны, явно очарованные веселым и прекрасно воспитанным парнем, пригласили его занять одну из освободившихся комнат.
И все наперебой давали мне советы, как удержать такого замечательного кавалера.
Я вежливо выслушивала, согласно кивала и считала дни, оставшиеся до окончания каникул.
Вернусь в пансион и снова закопаюсь в учебу. У Джо не будет возможности меня обихаживать, так что ему надоест, и он наконец отвяжется.
Новый год отмечался не так пышно, как Рождество.
Мы устроили еще один праздничный ужин, были мелкие подарки детям, множество зажженных к полуночи свечей и небольшой фейерверк.
Затем Рамона с мужем, Хавьер, Джессика и еще несколько человек отправились по пабам.
Сославшись на усталость, я отказалась к ним присоединиться. Джо, конечно, тоже не поехал.
И напрасно.
Честно продержавшись до середины новогодней ночи, я погрузилась в собственные невеселые мысли и перестала поддерживать разговор с не понимающим причин моего настроения Джо.
Я думала о том, что более полугода назад, с самого лета, начала новую жизнь – в новой стране, под новой фамилией, и мне казалось, что она более-менее получилась.
А сейчас выходило, что недавнее прошлое всего лишь ждало удобного момента, чтобы подняться из недр моей памяти, просочиться сквозь поры наружу и будто облепить меня тонкой невидимой пленкой, намертво приварившись к коже.
Все, чего мне хотелось, – встать под горячий душ и провести под ним как минимум несколько часов, с ног до головы отмываясь от чего-то, чему я не могла даже найти правильного названия.
Мы молчали; я – тупо пялясь в экран телевизора в гостиной, Джо – развалившись рядом на диване и мрачно поглядывая на меня сбоку.