Имя желтоглазого дядюшки производит магическое действие.
Пять секунд – и мы с Русланом остаемся вдвоем.
Он вертит в руках ключ с металлическим брелоком – должно быть, от машины – и молчит.
Молчу и я.
А что мне ему говорить? Что они мне всю жизнь испортили?
Так это началось еще до нашей с ним встречи.
Глава 29
ТОГДА
Тогда, в марте, семнадцатого числа, отмечался День святого Патрика, и живущие в нашем пансионе ирландцы пригласили всех на вечеринку в большой паб в соседнем здании.
Сначала я думала отказаться, но потом, поддавшись на просьбы и уговоры Джессики, все же решила сходить. В конце концов, даже самым фанатичным заучкам время от времени стоит порасслабляться в компании друзей.
Ну или просто знакомых, которым киваешь при встрече.
Я в кои-то веки накрасилась, а на плечи накинула подаренную на Рождество шаль с кистями. Ее безумная расцветка полосками отлично оттеняла голубизну теплого шерстяного свитера и джинсов.
Но можно было и не стараться. И вообще – не ходить.
Паб показался мне не просто большим, а прямо-таки огромным. Незнакомые люди бродили по залу, запросто подсаживаясь к чужим столам.
Ирландцы быстро напились и принялись распевать какие-то песни, Джессика прибилась к компании своих подружек, остальные тоже как-то кучковались между собой, так что в результате я оказалась за неубранным столиком на четверых, в обществе неизвестно откуда взявшегося русского парня по имени Алекс.
На самом деле – наверняка Алексей или Александр, но он так гордился тем, что живет в Великобритании с детства, и что учился в Университете Ольстера – правда, не сказал, на кого, и что у его отчима-англичанина свой большой дом, что я ни о чем не переспрашивала и просто вежливо кивала, стараясь выглядеть понимающей и должным образом восхищенной.
Ему вряд ли было намного больше двадцати.
Я грела в ладонях полупустой бокал, а Алекс пил все быстрее и наконец принялся хвастать какими-то связями, легальными и нелегальными, мотогонками, подпольным дрифтом, ставками на Эпсомском ипподроме и бог знает чем еще.
Мне наскучило его слушать, и я уже выбирала удобный момент, чтобы исчезнуть, как вдруг услышала знакомое имя. Роландо. Роландо Тевес.
– У него своя банда, но я всех знаю… Когда они зарубились с русскими… – Алекс уже заговаривался и сбивался, и понять его было довольно сложно, однако я навострила уши и начала задавать наводящие вопросы.
Заметив мой интерес, он приободрился и, навалившись грудью на столешницу, попытался углубиться в повествование.
В тот момент я была уверена, что рассказы его были сильно преувеличены, а частично – вообще выдуманы под влиянием пива и виски, но мне показалось полезным и правильным узнать о Тевесе и его друзьях как можно больше.
В целом выходило, что они – не просто банда богатеньких латиносов-байкеров, какими считала их Джессика. Ну или какими она мне их расписывала.
Сам Роландо «имел серьезный бизнес», как выразился Алекс, «почти напрямую с патриками».
– Я тебе не скажу, какой бизнес, но он очень, очень серьезный… Ик! А этот их отморозок Веласкес – вообще наполовину ирландец.
Были еще русские, с которыми у «хуанов», то есть латиносов, и «патриков», то есть ирландцев, происходили «очень, очень серьезные терки». И при этом Алекс обмолвился, что эти русские – мусульмане, дружат с выходцами из исламских стран, и оттого их все боятся еще сильнее.
В общем, наговорил много интересного и еще не меньше – явной ерунды.
В конце концов он начал клевать носом, и я, со словами «Сейчас вернусь», попросту сбежала, бросив его за уставленным опустевшими бокалами столиком.
Пришлось еще с боем протискиваться мимо пьяных ирландцев у входной двери, но и из этого боя я вышла победительницей, хоть и чуточку помятой.
Джессику я искать не стала – скорее всего, она зависала со своими подружками, а может, вообще уехала с ними в какой-нибудь другой паб.
Чуть позже, поднимаясь в пансионе по лестнице и размышляя о том, что мне необходимо обдумать полученную информацию с утра, на трезвую и свежую голову, я неожиданно запнулась носком кроссовки о край последней ступеньки и, изворачиваясь, чтобы не упасть лицом вперед, с размаху села на пол.