– У тебя тоже все получится, – утешила ее я. – Особенно если будешь прилагать побольше усилий.
Мне не хотелось обсуждать с ней Джо.
Я вообще старалась о нем не думать. Поначалу получалось не очень, и чертов Джо ни на секунду не покидал мою голову, даже снился в эротических снах.
Теперь я сильно жалела, что не воспользовалась случаем переспать с таким потрясающе красивым и обходительным парнем – пусть даже он и не был в меня влюблен, а всего лишь притворялся.
Однако постепенно мне удалось вытеснить его светлый образ задачами по лингвистической компаративистике и семинарами по истории лексической семантики в европейском языкознании.
К тому времени я прошла все классические стадии: отрицание, гнев, торг, депрессию и наконец принятие. В процессе я часто думала о том, что веду себя, как брошенная любовница, хотя у нас с Джо ни разу так и не случилось секса.
По сути, кроме того крышесносного поцелуя под зимним дождем на Беркли-стрит, и вспомнить-то было нечего.
«Ну и какой смысл по нему страдать? – уговаривала я себя чуть ли не вслух, бессмысленно пялясь в свежий выпуск Оксфордского словаря. – Я ему отказала, и он нашел себе другую, более покладистую. Без шрамов и комплексов».
Особенно без шрамов…
В конце концов я начала робко радоваться, что не пала жертвой сногсшибательных чар Джо. А все потому что попросту боялась даже себе представить, что бы со мной было, стань я его девушкой по-настоящему.
Он бы меня вскоре бросил и разбил бы мне этим сердце. Все как в дамских романах.
В общем, когда Джессика решилась заговорить со мной о Джо, я почти преуспела в своих упражнениях по забиванию головы всем чем угодно, только бы не страданиями по этому внезапно исчезнувшему красавчику.
Исчез – и исчез, и фиг с ним, на мой век мужиков хватит!
После ужина мы вернулись в пансион и снова засели за английский.
Однако в тот вечер Джессика постоянно отвлекалась и, так сказать, витала в облаках.
– Знаешь, я не хочу обратно в Эль-Сальвадор, – в тысячный раз поведала она. – Дядюшка Теофило обещал мне помочь с рабочей визой.
Я глянула на нее с беспокойством.
– Это очень просто, – пустилась Джессика в объяснения. – Я ненадолго выезжаю в Европу, получаю приглашение на работу и – бинго! – въезжаю обратно по рабочей визе.
– Это не так просто, как ты думаешь, – возразила я. – Работодатель должен доказать, что не смог найти на эту вакансию никого среди местных жителей. Что ты делаешь у этого дядюшки в кафе? Сидишь за кассой. Ну сама-то подумай!
– Да нет, он напишет, что я повар, специалист по сальвадорской кухне, или что-нибудь в этом роде.
– А у тебя разве есть нужные для такого документы? Да и по возрасту ты не очень подходишь. И вообще, это он тебе такое предложил?
– Нет. – Джессика потупилась. – Это мы с Лулой так думаем. Дядюшка Теофило просто обещал мне помочь. Но, вообще-то, я умею готовить! Просто у нас тут кухни нормальной нет.
– А сколько этому дядюшке лет? – поинтересовалась я. – И чем он вообще занимается?
– Ой, он уже очень старый! Он хозяин «Эль-Кадехо»… И у него есть еще какие-то бизнесы… Я точно не знаю.
– Лучше выброси все это из головы. Это наверняка что-нибудь нелегальное. Молодая девушка должна быть очень осторожной, когда взрослые мужчины предлагают подобную помощь.
– Но у меня нет другого выхода.
– Да у тебя куча выходов! – Я начала сердиться. – Тебе сейчас только-только восемнадцать будет, а у тебя уже есть хорошая профессия. Если не завалишь экзамены – получишь диплом из Великобритании. В перспективе у тебя отличная работа и масса возможностей. Да и вообще, если уж тебе так хочется замуж, не проще ли найти мужа дома? Ты ведь вернешься завидной невестой.
– Не хочу я дома! Я хочу жить в Европе. У меня даже имя европейское, между прочим!
– Ну так тем более не стоит хвататься за первого встречного. У тебя вся жизнь впереди, ты еще миллион раз сможешь сюда приехать. А вот если ты сейчас влипнешь со своими друзьями в какую-нибудь историю, то визу тебе больше не дадут. Ни британскую, ни шенген.
– Тебе легко говорить, – вздохнула Джессика. – Ты вон какая умная. И у тебя есть Джо.