Руслан, похоже, проводит эту ночь то ли в гостиной, то ли на кушетке в своем кабинете. С утра он бреется, однако усталость все равно читается на его лице.
Зато Эльвира свежа, весела и беззаботна, как мотылек. Она порхает по дому вслед за Русланом, громко щебеча о приближающихся свадебных хлопотах.
И совсем непохожа на себя прежнюю – холодную, высокомерную, напряженную. Впрочем, она все равно остается элегантной и стильной – от выбеленной в идеальный блонд макушки до кончиков ногтей во французском маникюре.
На меня она просто не обращает внимания, хотя с Халимой и Азатом общалась вполне себе дружески.
А я стараюсь не обращать внимания на нее.
Точно так же, как не обращала внимания на заносчивых мыльных принцесс Софию и Дарию. Все это теперь кажется таким далеким и глупым… Ненастоящим.
Впрочем, Эльвира тут всего на один день и завтра вернется в Лондон. Они с Русланом ссорились, теперь мирятся.
В общем, милые бранятся – только тешатся.
От моей стряпни невеста возмущенно и громогласно отказывается, и они с Русланом уезжают куда-то обедать, а вечером – ужинать.
Мы с Шамилем их не ждем – не велено.
Я долго читаю в постели и наконец засыпаю.
Чтобы вскоре проснуться посреди ночи. Сна – как ни бывало.
Проклиная все на свете, я сначала пытаюсь читать, потом долго лежу, пялясь в темноту, и наконец тащусь к выходу.
Вряд ли в эту ночь кто-нибудь говорит внизу по телефону. А мне теперь без чашечки мятного чая точно не уснуть.
Я почти дохожу до кухни, но тут из гостиной доносятся какие-то непонятные звуки.
Не знаю, что в тот момент переключается в моей голове.
Не знаю, зачем я сворачиваю не в ту сторону.
И не знаю, почему Шамиль – впервые за все это время – не выходит, чтобы за мной проследить.
И вот я стою в дверях гостиной в доме Руслана.
Я никогда не задергиваю в этой комнате шторы, и сейчас луна беспрепятственно заливает ее своим светом, искажая очертания и размывая тени.
Каждый предмет лишается цвета и обретает зловещий вид, каждое движение кажется потусторонним.
Да, я замечаю в гостиной движение – вернее, движения. И застываю на месте, не понимая, куда деться, боясь шевельнуться, отчаянно желая провалиться сквозь землю.
Эти движения размеренны и сильны, каждое сопровождается хриплым выдохом – Руслана и тихим коротким стоном – Эльвиры.
Ее тонкие белые руки раскинуты, как крылья бьющейся птицы, белая голова с каждым толчком безвольно мотается по ковру.
Тяжело дыша, Руслан одним рывком переворачивает Эльвиру на живот, вздергивает повыше и сам поднимает голову.
Мы встречаемся взглядами.
Глава 43
ТОГДА
Тогда я не успела понять, что происходит.
Только что Джо с улыбкой протягивал ко мне руки, а теперь те же самые руки стиснули мою шею так, что стало трудно дышать.
Я силилась развернуться обратно лицом к Джо, оттолкнуть его, разжать железную хватку, но у меня уже шумело в ушах, и лежащее неподалеку тело дядюшки Теофило расплывалось перед глазами и словно отодвигалось прочь вместе с кирпичной стеной кафе «Эль Кадехо».
– Эй! Отпусти ее!
Незнакомый голос раздался совсем близко, однако звучал как будто сквозь слои ваты и медный гул откуда-то взявшихся колоколов.
Что-то грохнуло, свистнуло, щелкнуло, и пальцы Джо внезапно разжались.
– Ладно, ладно, не стреляй больше. – Джо засмеялся, а я почему-то снова полетела на землю. – Видишь, я ее отпустил!
Боль в ушибленной коленке была такой острой – ах да, я сегодня уже на нее падала! – что у меня как-то моментально прояснилось в голове.
И оказалось, что никаких колоколов тут, конечно, нет, а я полулежу на грязном асфальте у ног Джо.
Он только что меня оттолкнул.
Он только что пытался меня задушить.
Я всхлипнула и машинально утерла заново брызнувшую из носа кровь.
Все тело ощущалось чужим и при этом болело. Слезы текли сами собой, а в голове – наряду с появившейся ясностью – царила звенящая пустота.