Пронзительно посмотрев на меня, леди Илейн продолжила историю.
- Мы с твоей мамой отправились в Лондон, чтобы попытаться исправить ущерб, что причинила Агнес, и мы проникли в Тауэр, где хранился гримуар. Но мы не успели забрать его, лорд Скаргрейв обнаружил нас и приказал своим птицам напасть.
- Всем? – с подозрением спросил Нат. – Так он не действует.
- Но случай не был обычным, - голос леди Илейн стал еще более хриплым. – Тенегримы были недавно созданы, Скаргрейв почти ничего о них не знал. И он спустил на нас не пару птиц, а всю стаю.
Она повернулась ко мне.
- Твоя мама умерла почти мгновенно, - она замолчала, словно подбирала слова. – Не думаю, что она страдала. Миг агонии, и от нее осталась лишь горстка пепла.
Я смотрела на тусклый огонь, свечение углей и серый пепел на решетке. Мне было плохо.
- А вы? – спросил у леди Илейн сэр Барнаби.
- Я боролась, - сказала она с мрачным торжеством. – Тенегримы забирали мою магию так быстро, что я не могла победить их, но в последний миг я успела спеть песню побега, оставив горстку пепла, чтобы все подумали, что я тоже умерла. Но это была моя последняя магия.
- Но вы выдержали атаку воронов, - сказал Пенебригг. – Мы думали, что Певчей это не по силам.
- Большинству – да. Но я была самой сильной в своем поколении, самой обученной, - она говорила с ледяной гордостью. – Ни у кого не было таких навыков и такого обучения.
- Если вы потеряли магию, - спросила я, - как вы нашли меня?
- По запаху, - леди Илейн кивнула на посапывающую Норри. – Ее я нашла так же.
Я была уверена, что ослышалась.
- Вы нашли нас по запаху?
- Да, - сказала леди Илейн. – Я уже не могу сама применять магию, но я долго жила с этим, и могу чувствовать чары, особенно, когда их применял мой вид. Четыре вечера назад я ощутила свежий запах с востока. Раньше один запах мог рассказать мне больше о тебе и твоей магии, но это я потеряла, и я лишь могу понять, что это Певчая. Этого хватило. Я пошла на запах, он привел меня к Норри. А на следующий день я уловила запах в этой части Лондона. Я дошла до этого дома и с тех пор следила за тобой.
- Но зачем?.. – начал Нат.
- Достаточно, - глаза леди Илейн вспыхнули. – Я ответила на много вопросов. Моя очередь задавать их, - она пронзила меня взглядом. – Крестница, Норри сказала мне, что ты сняла камень в Канун Всех святых. Он с тобой?
Я вытащила рубин в ответ.
Даже леди Илейн была потрясена. Она склонилась, чтобы разглядеть его, а потом попросила медленно покрутить его, словно она была ювелиром.
- О, какой хороший, - прошептала она. – Очень хороший камень.
- Я его почти не снимаю, - сказала я. – Кроме чтения мыслей, но…
- Что? – руки леди Илейн напряглись. – Что за магию ты применяла, крестница?
Я рассказала ей.
- Ты вошла в разум лорда Скаргрейва магией лунного шиповника? Без защиты? - она с ледяной яростью повернулась к сэру Барнаби, Пенебриггу и Нату. – Вы ее заставили?
- Никто не заставлял, - сказала я. – Это я хотела попробовать.
Объяснение лишь сильнее разозлило леди Илейн.
- Все вы ужасно беспечны! Конечно, я ощутила магию в воздухе. Странно, что ее не учуяло все королевство.
Я коснулась рубина.
Леди Илейн взглянула на меня.
- Никогда больше не снимай камень.
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
КАМНИ
Моя ладонь застыла на камне.
- Никогда не снимать? Почему?
- Потому что камень тебя защищает, - сказала леди Илейн, в голосе слышалась сдержанная злость. – Камень есть у каждой Певчей. Его создают ее мама и крестная, он защищает ее от Дикой магии, которой много в мире.
- Дикая магия? – спросила я.
- Что это? – настороженно спросил Нат. Пенебригг и сэр Барнаби выглядели растерянно за ним.
- Вы ничего не знаете? – возмутилась леди Илейн. – Дикая магия всюду. Во всем – семенах, камнях, ветре, дожде, даже в самой земле – есть своя музыка, своя песня. В древние времена мы, Певчие, слушали это пение и создавали так свои песни.
- Тогда что в этом плохого? – спросила я.
- Не все в этом мире желает нам добра, - мрачно сказала леди Илейн. – Многое желает нам зло. Кровь Певчих слабеет, нам стало проще обманываться ими, следовать их песням к своему разрушению и смерти. Потому наши предшественницы создали камни. Они подавляют песни Дикой магии и отгоняют их от нас…
- Как это работает? – с интересом перебил сэр Барнаби. – Она ведь не носит камень на ушах, да?
- Конечно, нет, - в голосе леди Илейн было презрение, словно она объясняла очевидное дуракам. – Сердце слышит Дикую магию. И потому сердце нужно защищать от песен, что могут нам навредить. Пока Певчая держит камень у сердца, она будет в порядке.