- Ты сказал, что я такая же, как тенегримы, - это все еще ранило.
Он покраснел.
- Это было до того, как я узнал тебя.
Его слова удивили меня. Он хотел сказать, что передумал?
- Твоя магия сложнее, чем я думал, - сказал он. – Она не свободна, не проста. Ты трудишься для этого так же сильно, как я для своих изобретений. Может, даже сильнее.
Я глубоко вдохнула. Сильнее за эти недели меня еще не хвалили, и говорил это человек, от которого я ожидала это меньше всего.
- Но это не отменяет факта, что твоя магия опасна, - продолжил он с мрачным видом. – А если тенегримов привлечет запах?
- До ночи запах рассеется.
- Возможно. Но твоя крестная говорила и о других опасностях… Дикая магия может обмануть тебя и ранить, - он покачал головой. – Что с тобой, Люси? Ее магия для тебя не достаточно хороша?
- Я должна была, - сказала я. – Должна была понять…
- Что понять?
- Могу ли я еще использовать магию, - это ощущалось как признание.
Повисла долгая пауза.
- Что заставило тебя думать, что ты не можешь? – спросил он.
- Не важно.
Он скрестил руки на груди.
- Что? – было ясно, что он не отстанет, пока не получит ответ.
- У меня не получалось, - призналась я. – Как бы я ни старалась, я не могу освоить магию леди Илейн.
Он вскинул бровь.
- И ты решила обратиться к Дикой магии, несмотря на риск?
- Это не опасно. Это не как чтение разума. Я лишь зажгла свечу, - я отпрянула и задула огонек. – Видишь? Она потухла.
Я хотела на этом закончить, но песня огня задержалась в воздухе, желание творить музыку и магию оставалось сильным.
Нат шагнул вперед, голос был напряженным.
- Ты ведь не будешь зажигать ее снова?
- Это не опасно. Увидишь, - песня слетала с моих губ, она хотела показать ему, что безобидна. Но гнев во мне, оставшийся от спора, вес недовольного взгляда с Натом питали музыку. Я смягчила голос и попыталась совладать с песней. Да, так было лучше. Песня была сильной, но я управляла ею…
Кто-то подбежал ко мне, вмешиваясь в мою концентрацию.
- Что ты делаешь? – завизжала леди Илейн. – Прекрати! Прекрати немедленно!
Песня во мне взорвалась, и огонь вырвался в воздух.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ
ОТКРОВЕНИЯ
Огонь вспыхнул на свече и зашипел, потухая. Леди Илейн ревела:
- Что ты творишь?
Я в панике надела кулон на цепочке через голову. Музыка в комнате пропала, и огонь превратился в точку света на свече. Во внезапной тишине я слышала только злое рычание леди Илейн, она стояла передо мной с яростью во взгляде.
- Считаешь меня дурой, которая не узнает звуки Дикой магии, услышав их?
Мое желание защититься омрачилось тенями сомнения, но я держала голову высоко.
- Я подумала, что вы со мной закончили.
- Не когда ты ведешь себя так, - леди Илейн повернулась к Нату. – Ты, - выдавила она. – Как ты ее заставил?
- Он ничего не сделал, - сказала я раньше него. – Он злится на меня так же, как и вы.
- Можешь идти, - сказала леди Илейн Нату. Он не сдвинулся, она повысила голос. – Я сказала тебе уходить!
Нат посмотрел на меня, но, к моему удивлению, на его лице была не злость, а тревога.
- Хочешь, чтобы я остался? – тихо спросил он.
Я покачала головой. Это моя битва, а не его.
- Прошу, иди.
Он ушел, и леди Илейн сказала низким каменным голосом.
- Ты расстраиваешь меня, крестница. Ты отбросила все, чему я тебя учила, и начала практиковать Дикую магию за моей спиной…
- Только раз! И только потому, что вы сказали, что у меня не осталось сил…
- Я не хочу слушать твои оправдания, - сказала крестная жестким голосом. – Я знаю правду: что-то в тебе противится мне. Что-то в тебе хочет идти по неверному пути.
- Но я…
- Ты такая же, как твоя мать, - голос леди Илейн перебил мой, как хлыст.
Я лишилась дыхания. Как это связано с моей мамой?
- Ее силы хватило бы на нас двоих, она была сильнее меня. Но она не слушала, - леди Илейн прожигала меня взглядом, словно смотрела на призрака. – Я говорила ей, что она должна быть аккуратной. Осторожной. Нужно практиковаться и практиковаться. Она была моей подопечной и ученицей, она была обязана слушать меня. Но она перечила мне на каждом шагу, как ты. И все мои дары она отвергала.
Это так? Это не было похоже на добрую маму, которую я помнила. Но Норри сказала, что моя мама и леди Илейн не ладили, может, причина была в этом…
- Ее интересовала только Дикая магия, - сказала леди Илейн. – Я просила ее прекратить это. Я говорила ей, что не потерплю этого под моей крышей, - она скривила губы. – Я не думала, что она сбежит.