Я начала инспектировать полки на наличие продуктов и нашла крупы, муку, специи. Думаю для начала сделаю пирог. Он сытный и не долгий. Яйца и молоко я нашла в огромном железном ящике. Его стенки были покрыты изморозью и мне остаëтся только гадать, почему он не нагревается при такой температуре.
В печку я заранее накидала дров и затолкала поглубже оставляя прогорать. Принялась нарезать яблоки и груши, но вспомнила про заслонку и кинулась обратно к печке. Всë-таки есть уже готовую еду лучшее.
На полках нашлись две вытянутые посуды. Я залила на дно тесто, выложила фрукты и залила остатки сверху. Этого объëма не хватило и пришлось замешать ещë.
В ожидании пока прогорит дерево, я пялилась внутрь печки на всплохи пламени. В той книге было написано, что сюжет готовки или празднечного застолья был популярен среди всех слоëв населения, даже тех, кто сам отрадясь не готовил. Он был символом крепкой семьи и счастья. Его выбирали как подарок, желая тем самым благополучия и других благ. Так же существовала в некоторых местах традиция после свадьбы заказывать такой рисунок со свободным пространством куда вписывались родившиеся в будущем дети. С ними даже хоронили, чтобы человек даже после смерти мог видеть свою семью.
Дрова прогорели и я засунула формы внутрь закрывая заслонку. Я помнила что печëтся подобное не долго и никуда не отходила. Вскоре всë было готово. Ну как готово. Один немного подгорел с боку, а второй получился сыроватым. Пробы показали, что оба пирога есть можно, но могло бы быть и лучше. На всякий случай самые неудачные части я прикончила на месте. После накинула на них полотенца. Оставалась ещë библиотека.
Здоровые до этого момента руки, ноги, спина заныли, но я собрала всю волю в кулак и поползла наверх по гиганским ступенькам. Какого же было моë удивление, когда я увидела что в библиотеке уже начали убираться. Большая часть была всë ещë в пыли, но чистый кусок явно вырос. Я услышала странный стук, словно пират с деревянной ногой взбегал по лестнице. Но нет, на меня на полном ходу неслась... швабра. Я взвизгнула от испуга и сжалась, но она всего лишь остановилась передо мной и начала прыгать на месте как собачонка.
-Ты... Ты может что-то мне показать хочешь? - неуверенно спросила я не зная поймëт ли она мою речь. Но кажется поняла. Швабра поскакала обратно по лестнице и я кинулась за ней. Прибежав к месту назначаения и изрядно запыхавшись, я нашла три ведра с грязной водой. Хотя грязная вода это скорее преуменьшение. Грязь плотным слоем покрывала дно.
На перилах весели тряпочки. Услышав мои шаги они встрепенулись и начали энергично махать уголочками. Всë-таки Тир выполнил своë обещание и разобрался почему они не шевелились. Но почему вëдра не живые?
-Эй, ведро, иди ко мне! - строго приказала я тыча в него пальцем. Оно послушалось и я поняла почему оно не оживает. За несколько небольших прыжков оно расплескало часть воды, которая теперь растеклась по полу.
-Стой! Хватит! Ладно, с этим я разберусь. Швабра, вытри-ка это, - пока моя помощница выполняла поручение, я взялась за ведро. Оно было тяжëлым и несла я его медленно с большими перерывами. Потом обратно, но уже с чистой водой. На замену всей воды ушло много времени, но результат того стоил. Шваброчка усердно драила пол, тряпочки перила и полки, а пипидастр незаметно притихший на полки убирал пыль с книг.
Мне оставалось только сидеть на диванчике и следить за ними вовремя меняя воду. Время между этим я коратала чтением вчерашней книге, которая лежала тут на столе - я помнила еë только частично.
Ближе к вечеру бронзовый дракон прилетел к башне напротив. Отбросив книгу, я кинулась вниз. Мы столкнулись у входа во взлëтную башню.
-Я приготовила пироги. Они получились не очень хорошими, но есть можно. Если хочешь, то можешь попробовать, - на одном дыхание пролеретала я вместо приветствия. Дракон улыбнулся и опустил стопку книг, которые привëз с собой.
-Конечно, птенчик.
Тир в самых красочных эпититах расхваливал мою готовку. Я понимала, что он просто хочет сделать приятно и мне было приятно. Он поделился со мной новостями из внешнего мира. Ничего особенного: опять ссоры с соседями, волнения и споры по поводу пересмотра сбора налогов, церковь хочет запретить новомодный танец.
Я слушала его одним ухом и кивала, а в голове крутился только мой грязный план. Я знала, что ночью, пока я сплю, он ходит в купальню. Красивые украшения под грот оставляли много места для пряток. Мне хотелось посмотреть на него в чëм бог сотворил. С одной стороны это максимально некрасиво, а с другой он уже много раз видел меня голой и так мы сравняем счëты. На самом деле мной двигала не месть или желание что-то сравнять, а банальное любопытство.