Так он стал учиться словам.
Вслушивался в них. Пробовал, словно на вкус. Узнавал, как старых знакомых. Знакомился с ними, как с чужеземцами…
– А знаете, господин Лей, – сказал он, – в моей книге в одном из стихотворений говорится о счастье природы и о подательнице росы. Я всегда думал: что это такое? А теперь начинаю догадываться.
– И что это такое? – с улыбкой спросил звездочёт.
– Солнце и луна! Одно светит на небе, украшает весь мир и дарует ему счастье. А другая смотрит на нас своим круглым оком, из которого под утро падают на землю маленькие слёзы-росинки.
– А как бы ты назвал звёзды? – спросил Франсис Лей.
Анн задумался.
– Вот мастер Бризон так радуется весне! Наверное, и Вы радуетесь, когда смотрите на ночное небо. Значит, для Вас звёзды – это роспись небесного свода, краса ночи.
Потом добавил:
– Да и для меня тоже.
Так прошла неделя. Наконец Франсис Лей объявил, что они скоро отправятся в римонские края. Анн вздохнул с облегченьем. Он по-настоящему стал волноваться: не забыл ли его спутник, что намеревался посетить Школу.
– А по пути заедем кое-куда, – добавил звездочёт, – тебе непременно понравится!
Провожать их высыпала едва ли не вся гостиница. На крыльце стоял хозяин, чрезвычайно довольный скоплением народа. Он улыбался и напутственно махал вослед путешественникам. Ещё бы! Звездочёты – гости редкие, их привечают короли и герцоги. Это ведь очень редкое искусство – разбираться в движении светил и в движении человеческих судеб. Хозяин гостиницы мог ликовать, коли такой человек почтил его своим пребыванием.
Франсис Лей путешествовал в небольшой тележке. Слуга погрузил в неё дорожные мешки и сумки. Потом влез на переднее сиденье и рядом с собой посадил Анна. Звездочёт расположился сзади, махнул рукой, и они тронулись.
Дорога, по которой они поехали, очень быстро превратилась в две широких колеи, усыпанных листьями, ветками, чем-то чёрным. В пору дождей пробираться по ней доставляло, наверное, мало удовольствия. Вдалеке темнел густой лес, в котором эта «дорога» и скрывалась.
– Мы едем туда? – спросил Анн.
– Да, я хочу поговорить с кое-какими людьми, – отозвался звездочёт, – да и тебе будет полезно такое общенье.
– А что за люди?
– Углежоги. Где-то там должен быть их лагерь.
Сердце Анна забилось сильнее. Каких только легенд о загадочных углежогах не рассказывали люди! О них да о дровосеках, страшных лесных великанах с топорами на плече, с такой лёгкостью губивших живую древесную плоть. Правда, в Берёзовый Дол «чёрные люди» не захаживали. Глиняные изделия там обжигали на берёзовых дровах и опилках в земляных печах. Древесный уголь был дорог для односельчан Анна.
– Господин Лей, а зачем Вы ищете знакомства с ними? Про них говорят, что они сплошь колдуны.
Звездочёт расхохотался от души.
– Отчего же колдуны?!
– Они творят непонятные вещи! Сначала сжигают деревья, но затем их чёрные головешки снова горят – и дают жар больший, чем обычная сухая древесина!
– Так и есть: большинство людей боится того, чего не понимает, – хмыкнул звездочёт.
Анн вдруг вспомнил, как его самого начали сторониться – после встречи со стригесом и странного спасения.
Франсис Лей хлопнул его по плечу:
– Расскажу тебе одну историю…
И он начал.
«Однажды, давным-давно, жил-был в диком лесу дикий углежог. На людях он появлялся редко, только для того, чтобы продать в городе телегу своего угля, купить съестные припасы да крепкого пива в трактире – и снова скрывался с глаз. Как водится, был он закопчён, чёрной пылью запылён, только глаза сверкали. Впрочем, зла от него никто не ведал. С покупателями разговаривал он хоть и грубовато, но всё же почтительно, так что углежога не чурались и дети от него не прятались.
И вот появился в тех краях молодой… ну, скажем так, маг. Прибыл он издалека, по повелению короля, чтобы посмотреть, что в тех дальних королевских владениях происходит и не требуется ли какое вмешательство власти. Молодой маг усердно вникал во всё и целыми днями носился по округе, не слезая с коня. Выдержал он так недолго: занемог от собственного усердия. И тамошний наместник решил устроить для гостя охоту, чтобы тот развеялся.