– Значит, деревья нас слышат?
– И не только они! Вот поэтому мы несколько дней трудимся, а потом отдыхаем и поём радостные песни. Мы вкладываем в них свою душу, свою радость жизни, своё желание отблагодарить землю, которая кормит нас, и небо, которое даёт земле влагу, и солнце, и луну… Мир вокруг слышит нас, и откликается добром.
– А если люди злы и мрачны?..
– …Их деревни серы и унылы. Земля у них стоит неухоженная, дома – какие-то покосившиеся… Приезжаешь в такие места и сразу чувствуешь: нет там гармонии…
Этот разговор живо вспомнился Анну, когда староста сказал, что наступает день отдыха.
– Погуляй где-нибудь, – сказал он. – Работы не будет, так что сам придумай себе занятие. Но через день снова приходи на молотьбу!
…Анн обманывал самого себя, решив просто «побродить» по окрестностям. Переходя из одного места в другое, здороваясь со знакомыми, которых у него оказалось неожиданно много, он понял, что на самом деле ищет среди них Ясну. Может быть, удастся встретить её в момент, когда рядом не будет других людей, думалось ему, тогда он мог бы пригласить её куда-нибудь. Только вряд ли получится: такие девушки любят общество, их всегда сопровождают подруги, поклонники. И Йоко будет крутиться около неё…
Анн, не признаваясь себе в том, испытывал незнакомое ему доселе чувство ревности.
Его внимание привлекла компания, устроившая на большой поляне весёлую игру. Он подошёл ближе и стал присматриваться к правилам.
Они были несложны. В то время, когда водящий сидел в центре, закрыв глаза, остальные водили вокруг него хоровод и распевали шуточную песню-дразнилку. Водящий изображал сказочного «волка», а кружившиеся вокруг – насмешливых «зайцев». Как только в песне звучали слова «не поймаешь нас никак!», «волк»-водящий вскакивал на ноги, пытаясь схватить кого-нибудь. Если ему не удавалось сделать это сразу, он пускался в погоню за одним из «зайцев», а тот со смехом убегал. Пойманный «заяц» становился «волком». Далеко убегать запрещалось, поэтому игравшие быстро менялись ролями.
– Анн, иди к нам! – крикнули ему.
«А почему бы и нет?» – подумал он и присоединился к весёлой компании. Когда все устали бегать друг за другом, Виенн предложила сыграть в «угадайку»! Она отошла в сторону, а остальные начали придумывать слово. Выбрали слово «телега». После этого вперёд выступил назначенный обществом «актёр».
– Виенн, мы готовы! – сказал он и принялся изображать загаданное. Делая обеими руками круговые движенья, он медленно двигался вперёд, а губы его шевелились, издавая звук, похожий на характерное поскрипыванье несмазанных колёс. Пару раз «телега» дёрнулась, подпрыгнула, словно на дорожных ухабах, и, наконец, остановилась.
Виенн подумала несколько секунд и уверенно сказала:
– Это же совсем просто. «Повозка»! Я угадала?
– В общем, да, – отозвался актёр, – мы загадали «телегу».
– Да, это одно и то же, – согласились остальные.
– Теперь водит Анн! – радостно сказала Виенн.
Анну выпало слово «горшок». Он долго не мог сообразить, что показывает весёлый рыжий паренёк. Назвал и «лодку», и «яблоко», и даже «солнце», но всё ошибался. Виенн делала ему какие-то знаки. Губы её шевелились, беззвучно произнося загаданное слово. Анн наконец догадался.
– Вы загадали «горшок», – смеясь, сказал он.
Виенн аплодировала ему громче других.
Когда он выбрал следующего водящего и сел рядом с ней на траву, Виенн крепко сжала его ладонь и сказала:
– Я уж думала, что ты сдашься. А ты молодец, боролся!
– Без твоей помощи я бы всё равно не угадал, – шёпотом признался Анн, на что девушка только расхохоталась.
– А ты хоть знаешь, чтó я тебе шептала? – спросила она.
– Загаданное слово.
– Совсем нет! Я тебе шептала: мо-жешь, мо-жешь!
Она продемонстрировала это, округляя губы именно таким образом, как видел Анн.
– И ты смог! – заключила она.
– Получается, я сам догадался?
– Я не подсказывала, честное слово!
Она рассмеялась и толкнула его плечом в плечо:
– Мы тут хотели посмотреть, как Амбер будет гонять своих голубей. Айда с нами?