Хотя не ходил, а стоял на развилке
Но всё же на маску не надо поклёпа
Отдай трудолюбию то у месилки
Немногое должное и прямиком бы
Оттуда в желвак то у тяпок минуя
Что мечется вслед разгадав панихиду
И спешно полезный цветок коронуя
Допустим корыто к таким приоткрыто
И дел повороту и ряби в себе же
От вдруг корнеплод или гуси что хуже
А гуси возможны особо успешен
Над мискою женский меж ними к тому же
Лежать кандидат, но читай кандидатка
Где миске корыто равно, а читатель
Ещё и не понял о чём перепалка
Вернусь объясню раз два три ожидайте
Четыре месилка и пять фуибяка
27.09.19
«я в небеса смотрю укромно…»
я в небеса смотрю укромно,
но не какой-нибудь бунтарь.
там почему же: — оборона
— атака — зрители — вратарь?
минуя пасмурные пятна,
девицы плотные летят,
то пнут мячи, то аккуратно,
вдруг головою подвертят.
как быть укромным? ждали ночь,
а тут судья, и он ошибся,
или она, или, точь-в-точь, —
оно (на пол не положиться,
когда свистится наугад),
а ты бы рук отдал все пары,
чтоб над собором, чей покат
прелестно купол, чьи тиары
так грациозны над беседкой,
хотя обтянуты и сеткой
(не скрыться троицею рук),
отдал, все пары, чтоб пенальти
во небесах, как тот урюк,
забытый маменькой в серванте,
по лет прошествии, представьте,
что не любили мы урюк,
ни я, ни папенька, ни бабка,
она была ещё жива…
но нынче — нет… на небе гадко,
вся правда — уничтожена.
и вот с тем самым урюком
пенальти было бы сравнимо
навроде мести над мирком
и чтоб мячом летело мимо.
зря учащается мой пульс,
летят пасы, пока им длинно,
боюсь, что юшкой подавлюсь
(бульона справил между прочим),
ночь разлюблю совсем, боюсь,
отдам петюшам и серёжам
(нет ничего против петюш,
но вот отдам им, и посмотрим,
они настолько ли могуч,
и чем серёжей лучше в спорте).
какая путаница, давка.
представь, что весь йоханнесбург
к тебе идёт из катафалка,
а ты на лифте взмывший вдруг.
и вот, херась, везде синица,
она — твоя… остановиться!
ты вообще здесь был проездом,
на семинаре… но — херась!
стоит синица повсеместно,
твой западает нос и глаз,
и, кстати, стрёмно то, что — нос,
видать, любви не перенёс.
— футболы женские доколе?
— какая смелая крестьянка…
сидел и думал на балконе:
— кто рисовал эту заставку?
вот если ты бы рядом сядь,
ужель не плакал в каждом голе,
когда тем более офсайд?
футболы женские доколе?
24.06.19
«волынки бренные перила…»
волынки бренные перила
безверья милого подвал
душа и свет непримиримы
и снам покой уготован
где сняла маски кутерьма
и догнивает где без грима.
ворчливо кутается в мирт
дуга шотландского напева
и будто горб её дымит
отброшен сводами надменно
туда, наружу… ну и тема…
оттуда взор мой… ну и вид…
9.08.19
«я снова на фиджи, сказать бы кому-то…»
я снова на фиджи, сказать бы кому-то,
но редко же так треугольник маршрута,
послушный циклона клиническим бредням,
бывает что в тему как раз равнобедрен,
что точка схождения им геометрий —
где вид из-под платья выходит при ветре
предельно контрастно, как в новом копире,
что вида без ветра, под крышей и тентом,
при сливочной коже, таком же пломбире,
не менее радостно всем элементам,
что нечто танцует не схоже со стадом
и в такт, разумеется, двигая задом,
меня не тревожа, поскольку и я там
как раз в эти оба, что перед закатом
из самых приятных часов для загара,
скорей для ботаника, чем сталевара,
замкнув ботанический свой треугольник,
в песок продавив наблюдательный столик
на двигают задом и в такт, и как надо,
на фоне, что честь для любого плаката
на том расстоянии выгодном ровно,
где мною ботаником ест макароны
послушное тело, рассеянно глядя
на тех, кто не видит и пляшет в закате,
что он уже вот он, как спелые вишни,
поскольку циклон и я снова на фиджи
и с каждой нечётною пина коладой
решаю покрепче, но вышел на пятой,
как будто увидел знакомые плечи
и да, не ошибся, и стало покрепче