хрюша громко поросится
не слышна лошадки речь
но андрюше важен принцип
и не может он убечь
говорит лошадке: сара
я от хрюши удручён
и она, нема базара
повторяет, ей то чё
27.08.08
«благодать однажды сильно…»
благодать однажды сильно
снизошла на йога борю
это стрелка отразила
в измерительном приборе
показала не зашкала
но большую благодать
счастье борю ожидало
тоже крупное, видать
это сильно всё меняло
йог уволился с работ
от жены ушёл помалу
пусть не йог её ебёт
алкоголем пренебрёг
босиком идёт по снегу
это, дескать, нам урок
а не только ради смеха
для контраста или сдуру
подживает с жёлтым гуру
не вылазит из дыханий
и из лотосов почти
то есть случай вышел крайний
не классический, учти
да, счастливый, это правда
но худой как эта жердь
а уроков нам не надо
и поверим если впредь
благодатям, хер бы с ними
но с работы не уйдём
борю с лотоса изымем
и жене его вернём
укатаем на пивко
нам же тоже нелегко
27.08.18
«Летел сентябрь, честней чем гильотина…»
Летел сентябрь, честней чем гильотина,
Вдруг то, куда — дорогу перешло.
Минута, шеи перемолотило,
Ещё минута, вдохов борошно.
Никто уже не выдохнет, касатик,
Того куда — ноль целых хер десятых,
Мы в сентябре навеки, прейскурант
Теснит ценой единственное блюдо
В глубь эшафота, где бы мастерят
Двух новых горл от гидры халабуду
Шпана божков и стражников отряд.
28-29.08.18
«Их подкузьмил какой кузьма…»
Их подкузьмил какой кузьма
Иначе и необъяснимо
Стояли глупою весьма
Толпой пары от керосина
Перекладные фонаря
Теней по свойственности сходных
Трясли в мочалках января
Остатком ёлок новогодних
Чему совместно на снегу
Лежали несколько подарков
Дочурке. Внученьке. Сынку.
Обёртки нет. Гуманитарка.
Дороге в помощь, рылся гвалт
Вороны парной. Отстегнули.
Невинных оргий провиант
Которым травишься в июле
И нет бы солнце, но — туман
Осипший лавочник промозглый
Вручает нашим племенам
Подачки бывшею формозой
Микроволново вякнет печь
Лягнёт отчаянною дверцей
Готовность блюд предостеречь
От поживиться наших версий
Поскольку лавочник вернётся
Прибит лугами к телесам.
Проверим плуг. Наточен остро.
Игриво загнут. Косит сам.
При нём жевать — помилуй боже,
Щи восстановлены в нагрев,
Им ток предложен желтокожим,
От важной птицы тетерев,
Сей ток безфазный и старинный.
Кружит в печи румяный град,
Махнут запутанною гривой,
Шампанских вин откупорят,
Бегут к формозе по снежку
Меж голых ёлочек тщедушных
Века безродные в пушку
Туман наврали не из лучших.
19.09.18
«Горе, горе-то, Вакула…»
Горе, горе-то, Вакула
Шаровая молния!
Пол-то крыши умыкнула
Дура огромённая.
Во полу теперь дыра
Не сиди же в Каменце
Лижет кружки детвора
Кошка заикается
Из Подольска поспешай
Жми, Вакула, в лошадю
Очень сильная печаль
Как пишу я в зошите
Вишь, накапала слезы
Где чернил размытая
Напеку тебе блинцы
Сядем с паразитами
Во остаточном дому
От стихийной бестии
Лижут кружки. Не пойму.
Странное последствие.
Почеломкаем бомжат
Под полкрышей бывшею
Будем ноченькой лежать
На полнеба фтычивать
20.09.18
«Чья бы скорость, в смысле ветра…»
Чья бы скорость, в смысле ветра, —
Персонаж второго плана,
Шишка падает у кедра
Очень прямо и не плавно.
Нечто названное флорой,
Делегатом двинув сваю,
Вместо солнечности хворой,
На отмостку уповая,
Посреди двора, и ею,
На коричневом шнурке
Кед болтается неделю.
Как бы флора в парике.