18.02.19
«не понять на сколько рук…»
не понять на сколько рук
будто к палочкам моторчик
как стремительный паук
там стоял регулировщик
и кафтан на нём и каска
и свисток, и компромат
на боку свистка подсказка
как бы щёки надувать
ни машинки — нашей пчёлке.
очень дачный городок…
дует правильные щёки
регулирует поток
19.02.19
«они смотрели с интересом…»
они смотрели с интересом
сначала так наискосок
но отношения с прогрессом
она (кто слева) волосок
уже и крутит, он (кто рядом)
придвинул ближе, да он худ
но всё что есть… и по помадам
бокала след проволокут
теперь прикроют зубочисткой
снабжённый челюсти расхрыст
акцент пошёл днепродзержинский
нога задрыгалась, и кисть
и веко, и второе веко
но то второе опосля
ладонь прикрыла человека
ему как будто бы нельзя
тому, второму то есть веку
на деве дрыгаться, ну, ок
как в рыбаке во мне померкла
сноровка зрить на поплавок.
я отвернулся
аппарат
он холодильный, изучаю
на нём и цвет благоволят
и странность формы небольшая
уже я вот воображаю
что в нём от медленных хранят
от самых медленных русалок
их бесчешуйные хвосты.
со чешуёй внизу у самок
нас отношенья не просты.
вот я сижу с таким сюжетом
внутри у ткани мозговой
те, были четверо, зачем-то
ушли
и все ушли
и свой
охранный пост нести не в силах
присел кто нёс его, крыльцом
на полупопиях красивых.
сидит, но как бы невесом
почти парит, проехал в странном
велосипеде продавец
из темноты и тегерана
в чалме и продал, наконец
19.02.19
«кузнец был удачен, но ярче ковка…»
кузнец был удачен, но ярче ковка,
можно забыться в таком безгрудом,
конечно, допустим, что всё же внутренность главный из атрибутов,
но помилуйте, какова упаковка!
и уж на запах где спор, —
там меня не срубить
кузнецу — слава,
поклон и дай бог здоровья,
наваял лаванды, и помнишь, как в шоколад-короне
пахли изломы плитки, она ещё так скрипит,
потом под молоко, хоть не выходи из штопора,
поклон кузнецу и дай бог здоровья
если вдруг нет здоровья — хорошего доктора,
хороша упаковка, почти нетронута,
счастья его наковальне и молоту,
мне тоже срочно надо
туда,
где буковский и куросава,
на домике ставни, как губы коровы,
жуют в обе стороны, независимо от зари/заката
сами себя, то есть только ставни,
чем бы те ни протекали — чистое золото,
есть и газ запасной у печи в кармане,
и в рогах на ковре у неё изогнуто,
знаю же, что не олень
шепчу ей: бодай, оленица,
бодай этого пучеглазого робота,
и так в нём заряда последняя единица
20.02.19
«речной поломан позвоночник…»
речной поломан позвоночник
от проливного при массаже.
хотя бы в час по этой ложке
но чаще — в год — не в месяц даже.
баркасов выпечку сырую
крошило в пирс, промокший насквозь.
цистерну жуткую стальную
дождь поднимал, удвоив надпись
бросал на кран, как шулер карту
но сверху козырь трёхэтажный
о, как он рушился азартно…
…но даже год оно не каждый.
пристегнувшийся город — тоскливей
будто в бегстве из дней уличён
где помимо сверкнувшей стихии
что я видел, что помню ещё?
засмотревшись на в скрежете судно
как несло, над асфальтом, в забор
натирала старушка посуду…
где-то там она трёт до сих пор.
20.02.19
«император похож на кальмара…»
император похож на кальмара,
он висит на портрете, пендос
замечательно курит сигару,
выдыхая младенчику в нос.
мне особенно нравится люстра,
и смолкает когда саксофон,
как хрустальные нити трясутся
цынь-цынь-цынь, полминуты всего.