Глава 1. Пиарщик для ада
Гулкий раскатистый и оглушительно глубокий звон колокола раздался в аду. Бам… Бам… Бам… Звон облетел девять кругов, отражаясь от скал и опускаясь эхом в бездну Нижнего ада. Бам… Бам… Бам… Пролетел над гладью Красного моря, вздымая гигантские волны, которые тревожной розовой пеной опали на черную гальку берега. Пена, сбегая обратно в море, приглушенно шипела о надвигающейся буре. Бам… Бам… Бам… Ровно тринадцать протяжных тревожных ударов.
Впервые за тысячи столетий в аду звонил колокол.
Воланд ощутил привкус железа во рту. Скулы напряженно сжались, внутренности скрутились в тугой канат. Короля ада затошнило.
Отсчет до конца его правления запущен.
Если он не исполнит предречение, то будет изгнан из ада самим Люцифером. Не то, чтобы у Воланда были плохие отношения с дедом, скорее они были уважительные. Дед и отец нынешнего главы ада без колебаний прошли инициацию, и только Воланд медлил. Ему этот обряд казался неправильным.
Но правильно это или нет, адский колокол начал свой отсчет.
В центре Петербурга на Большой Морской улице стояло массивное каменное здание с панорамными окнами, над которыми нависали яркие красные козырьки. Это знаменитая гостиница «Астория», любимое место для послеобеденного чая у Сиире - демона, бежавшего из ада много лет назад. Вряд ли сейчас кто-то из людей смог бы распознать в Сиире демона. Это был высокий мужчина с узким лицом, очень тонкими губами и серо-землистым цветом кожи. Крылья и хвост он умело прятал, увидеть их было можно лишь в зеркальных отражениях, но никто не видел его отражения - в зеркала все смотрели только на себя. Уже многие годы демон чувствовал себя спокойно среди людей, возглавляя рекламное агентство.
Сиире нравилась «Астория» за элегантность интерьеров, прекрасный вид на город и учтивость персонала, ведь здесь с ним обращались как с королем. В Ротонде гостиницы, облокотившись на спинку дивана, вальяжно закинув одну ногу на другую и глядя на купол Исаакиевского собора, он ловил личный дзен.
Но сегодня по небу ползали серые тучи, напоминавшие многослойные театральные декорации, с самого утра шел проливной дождь, было зябко даже для петербургского октября. По стеклам рассыпанной крупой барабанили дождевые капли, очертания Исаакиевского собора за окном расплывались от потоков воды. Сиире взял со стола фарфоровый чайник, пару раз медленно описал им в воздухе круг, поднимая снизу махровую заварку, и налил ароматный напиток в чашку.
За окном промелькнула тень. Лампочки в торшерах, бра и хрустальных люстрах разом мигнули. Редкие посетители переглянулись, но сразу вернулись к своим неспешным беседам. Волосы на спине у демона зашевелились. Сиире взял двумя пальцами чашку, сделал большой глоток, покатал воду языком во рту и только потом проглотил, успокаивая нервы. Король ада уже был здесь.
К входу подошел мужчина в черном пальто и с большим красным зонтом. Он встал под козырьком, закрыл зонт, смахнул с него упрямые капли и шагнул в открытую швейцаром дверь. По сравнению с промозглой улицей Ротонда гостиницы была теплой и уютной. Мужчина отправил зонт в корзину к другим таким же зонтам, оставил в гардеробе плащ и, улыбнувшись девушке, которая забрала его вещи, пошел к столику Сиире.
Мужчины поздоровались коротким кивком. Сиире приподнял вверх кисть руки, и официант тут же принес горячий ароматный кофе в фарфоровой чашке. Пока король ада принимал чашку из рук официанта и вдыхал горячие завитки кофейного дыма, Сиире внимательно следил за своим гостем. Гость, однако, тоже следил за демоном.
Сиире имел привычку поджимать губы. Он это делал, когда что-то его раздражало и злило. А злило и раздражало его почти все вокруг: и люди, и погода, и даже его собственные мысли. Сейчас он сидел напротив бывшего шефа и поджимал губы с такой силой, что они побелели.
Именно он, Сиире, должен был стать королем ада. Демон презирал Воланда за слабость, ведь тот еще не исполнил предречение. Демон бы свершил его в тот же день, как стал бы королем.
Сиире убежал из ада на землю не только потому, что не верил в руководителя и не хотел работать на него. Он сплел сеть интриг и поднял бунт, чтобы устроить переворот, но глава ада его раскусил. И вот теперь тот самый глава преисподней пришел к нему за помощью. Сиире распирало от злости. Но даже если ты сбегаешь из ада, глава преисподней всегда останется твоим начальником. И кто знает, на какие муки может обречь король ада за неповиновение, тем более помня ту историю с бунтом. Поэтому Сиире опустил глаза и пригубил чай, стараясь, чтобы голос звучал ровно.