Лаура повернулась. В дверном проёме стоял мужчина с серой кожей и с укладкой в стиле бриолина. Сантиметрах в пяти над его головой парила золотая корона, казалось, она была объята золотым пламенем. Корона двигалась за Воландом, и Лаура подумала, что это похоже на ромбик жизни в игре Sims.
- Я сын Самого великого и Самого красивого Астрота, - он подошел и протянул руку. – Воланд.
У Лауры округлились глаза.
- Тот самый… - она машинально продолжала улыбаться и протянула руку. На миг показалось, что у него красные глаза.
- Нет, Тот самый – это мой отец. Просто у родителей хорошее чувство юмора.
Лаура молча кивнула. Затем снова огляделась.
- Я не понимаю.
Воланд мысленно опустил руки. Неужели вновь разочарование? Сколько не приводил он сюда пиарщиков, все охали, ахали и не понимали, где они и зачем. Предыдущий вообще захотел продавать туры на горячие источники, и ни одного не продал. Воланд уже собирался пуститься в объяснения, как она сюда попала и что происходит, как Лаура решительно прошла вперед и провела рукой по обложке толстой книги. «Божественная комедия» Данте Алигьери. От движения поднялся столб пыли. Она закрыла глаза, глубоко выдохнула, чтобы не зайтись в кашле.
Может это плохой сон? Это худшее рекламное агентство. Неужели в аду нет возможности всё сделать круто. В смысле, это же ад! Лаура резко повернулась.
- Какие у меня задачи и наша общая цель?
Король ада слегка опешил от такого напора, но обрадовался. Наверняка она сможет всё исправить или хотя бы постарается. Сиире был прав, описывая ее упорство.
- С момента «Божественной комедии» всё немного поменялось, - Воланд кивнул на книгу на столе. - И теперь, чтобы к нам завлечь души, нужен хороший пиар, реклама и всё такое. Это твоя задача. Сегодня чистилище - это главное место обитания душ. Они там чувствуют себя как при жизни: дома построили, учатся, работают, дружат и заводят семьи. И не заставишь упрямцев хоть на немного сюда спуститься. А у меня сотни демонов без работы маются, у многих началась депрессия, не с кого шкуру сдирать. Скука смертная. В аду должны души мучиться, а не демоны. Жалко их. Так что мне нужен хороший пиарщик.
- А тут прям всё по Алигьери?
- Всё немного хуже. Надо что-то заново отстроить, что-то поменять, навести лоск. Мне бы понять, что в приоритете. Я тут родился, вырос, и мне хочется, чтобы всё было как в детстве: крики, стоны, взмахи могучих крыльев над сонмами душ. В общем, мне очень нужна твоя помощь.
Она внимательно слушала. И пыталась вспомнить, что там писал товарищ Алигьери.
Воланд повёл её к стене, где висела большая карта.
- Вот план. Тут описаны основные круги, тропы и трассы воздушных полётов для демонов.
Девушка быстро окинула взглядом все угодья.
- А если захочу посмотреть своими глазами?
- Я тебе в помощь дам одного рогатого, он тут все знает. Молох!
Воланд постучал по окну, и в киоск зашёл демон. Во всём его облике было много человеческого, разве что из головы росли рога, позади на полу подрагивал кончик хвоста, и тенью отражались могучие крылья. Глаза у демона были полностью черные, от края до края: без белков, зрачков и радужной оболочки.
- Привет, я Лаура.
Она вновь растянула улыбку.
- Привет.
Воланд извинился, мол, адские дела не ждут, попрощался и ушёл, оставив их с ворохом пыли и задач.
- Итак, с чего начнём? Изучим нужды потребителей, распишем стратегию продвижения, составим смету?
- Сорвем вон тот ужас с окон.
- Прошлый пиарщик уверял, что сработает.
- Скидки? - она насмешливо фыркнула. - И где он?
Демон ловко сгреб объявления с окна и смял в большой комок.
- Сменил работу.
Лаура рассматривала его. Серая кожа, чёрные миндалевидные глаза, на рогах к концам серый цвет переходит в темно-коричневый. Вполне себе симпатичный для демона.