Я крепко сжимаю бедра и пытаюсь контролировать свое внезапно участившееся дыхание.
— Что ты делаешь? Почему ты краснеешь? Сэсси, ты серьезно?
— Что? — я прикусываю нижнюю губу, пытаясь избавиться от ощущения жара, разливающегося по моей коже.
— Я пытаюсь вести себя с тобой как мудак, а ты заводишься.
Я неловко потираю бедрами друг о друга.
— Нет. Нет, это не так, — я ухмыляюсь.
В тот момент, когда Хаггерти обнажает в улыбке свои кривые зубы, я понимаю, что все будет хорошо. Так и должно быть, потому что я не смогу жить с ним в этой ужасной квартире, если он будет таким угрюмым и злиться на меня. Жесткий взгляд Хаггерти чертовски пугающий, и мне совсем не нравятся его глаза, ни капельки. Однако мне нравится его улыбка. То, как она заполняет большую часть его лица. То, как его глаза выражают то же счастье, что и губы.
— Думаю, тебе, наверное, стоит сейчас поцеловать меня. Ну знаешь, чтобы Рэйв подумал, что мы помирились. — Я стараюсь говорить, как можно невиннее.
— Теперь ты так думаешь? — Хаггерти обхватывает меня руками за талию и одним быстрым движением прижимает к себе.
— Не кусайся, — шепчу я.
— Ты это заслужила.
Мягко, нежно и успокаивающе — так он целует меня, и я растворяюсь в нем, позволяя всем своим страхам улетучиться и смешаться вместе с ароматом тортов.
Глава пятнадцатая
Мы играем свадьбу.
Этого не может быть. Нет! Должно быть, я неправильно расслышала слова Рэйва. Замуж? Я? За Хаггерти? Этого не может быть. Этого просто не может быть. Какой ужасный, глупый, благотворительный подарок для человека, который познакомился со своим будущим женихом всего пять дней назад. Конечно, Рэйв этого не знает, но… но… замуж за Хаггерти?
Рэйв сказал, что, если Хаггерти хочет, чтобы я осталась, мы должны стать мужем и женой. Если мы этого не сделаем, он заберет меня себе.
Рэйв не верит в нашу историю. Даже я могу сказать, что не верит.
Обратный путь до квартиры проходит в тишине, и на этот раз я испытываю облегчение от того, что у меня завязаны глаза, потому что, судя по выражению лица Хаггерти, когда мы впервые сели в машину, он в бешенстве. Может быть, он думает, что Рейв тоже нам не верит. Возможно, он обеспокоен до такой степени, что впадает в ярость. Возможно, он винит меня.
Мне не следовало убегать. Это определенно не улучшило нашу ситуацию.
Когда машина в конце концов останавливается на длительное время, я сглатываю. Пять дней. Мы с Лэйном поженимся через пять дней. Как такое могло случиться? Чтобы получить разрешение на брак, нужно провести в Австралии тридцать дней. Целый месяц. Но Рэйв — плохой. Рэйв добивается того, чего хочет. Рэйв может добиться чего угодно. Например, женщин, которых украли из их жизни и обрекли на ужасное существование против их собственной воли. Или того, чтобы двое людей поженились меньше чем за четверть времени, необходимого для этого в обычных условиях.
Замуж за Хаггерти? Я? Вау!
— Думаю, это лучше, чем быть проданной, верно? — наконец, говорит Хаггерти. Он прав.
— Что лучше, чем быть проданной? — спрашивает Бретт, не подозревая о том, что только что произошло в Алессандро.
— Выйти замуж, — признается Хаггерти с явным беспокойством в голосе.
— Кто выходит замуж?
— Сэсси, — отвечает он.
— За кого?
— За меня! — Хаггерти с трудом выдавливает эти слова.
— О чем, черт возьми, ты говоришь? — это безумие. Бретт тоже это понимает.
— Магазин. Рэйв. Его подарок. — Хаггерти не совсем ясно выразился.
— О чем ты говоришь? — спрашивает Бретт.
— Рэйв хочет, чтобы мы поженились через пять дней. У нас нет выбора. Он раскусил нас, Бретт. Он раскусил нас. — Он делает паузу. — Думаю, мы в дерьме. Иначе зачем бы ему это делать?
Тишина.
Смех. За этим следует громкий, раскатистый смех — смех Бретта.
— Это не смешно, — кричу я.
— О, но это действительно так, очень смешно, — Бретт смеется громче, а потом фыркает, как свинья, только для того, чтобы рассмеяться еще сильнее.
— Бретт, приятель, заткнись нахуй. Перестань смеяться. Он нас раскусил. — Хаггерти тоже не видит в этом ничего смешного.
— Ну, вот что ты получаешь, трахаясь с гражданским лицом. Карма действительно сука, верно? Я знал, что из-за этого плана меня убьют. Я умру из-за какой-то тупой блондинки с тортом.
Бретт перегибает палку.
— Сними с нее повязку и отведи обратно в квартиру. Мне нужна минутка, — говорит Хаггерти, прежде чем я слышу, как открывается и захлопывается дверца машины.