— Господи, слава Богу! Как твои дела?
— Лучше всех! — развязным тоном проорал в трубку Алкей. — Чего тебе надо? Зачем ты приходила? Кто вообще тебе разрешил заходить в мою квартиру без моего разрешения?
— Скажи, ты точно себя хорошо чувствуешь? Я совершенно не могу понять твой тон и твои претензии! Не ты ли рассказывал мне сладким голоском, как я тебе нужна, и просил, чтобы я не уходила? И что изменилось с тех пор? Я тебя чем-то обидела? — уже серьезным тоном сказала Елена.
— Меня скоро здесь не будет, и мне наплевать на тебя, старая жаба! И наплевать на всех вас! Вы все — демоны! Вы беситесь с жиру, купаетесь в достатке и роскоши и готовы задушить ближнего, чтобы отобрать у него кусочек этого достатка или роскоши! И чем меньше вы заслуживаете, тем больший достаток у вас есть! Вам вообще неизвестно, что такое труд и что такое нужда! Честность и благонравие вам совершенно не известны! И мне наплевать на это мерзкое тело и на его бывшего хозяина! А еще, мне наплевать и на его машину, и на квартиру, и на деньги! Мне главное только, чтобы это тело было живо к тому моменту, когда придет время мне возвращаться! Ты и понятия не имеешь, старая дура, о чем я говорю!
В трубке повисло молчание.
— Ну, чего же ты молчишь, а? Заинтригована? — мерзким тоном блеял Алкей.
— Алкей, зачем ты все это делаешь? Неужели в тебе нет ничего разумного?
Теперь молчание в телефоне воцарилось с другой стороны.
— Ну, и чего же ты молчишь, а? Заинтригован? — стальным тоном парировала Эли.
— Откуда тебе известно мое имя?
— Мне все известно. Не только твое имя.
— Давно?
— Достаточно давно.
— Ну ладно, тогда мне тем более нечего скрывать. Я знаю, что Тео скоро вернется, и тогда и я вернусь обратно, в свое темное прошлое. Я даже не знаю, останусь я там жить или нет. А поэтому мне наплевать на его здоровье тут, на его состояние — я буду кутить, гулять, развратничать! Я уже попробовал, и мне очень даже понравилось! — неистово орал Алкей. — Мне совершенно наплевать, если я спущу и потрачу все, что у него есть! Главное, чтобы мне до конца хватило, а дальше — плевать!
— Это подло, Алкей. Тебе бы стоило проявить хоть немного уважения тому, кто создал все то, чем ты сейчас можешь пользоваться, даже если и временно. Тебе стоило бы быть ему благодарным!
— Да мне наплевать и на него, и на все, что он создал, и на тебя! Вы вообще не понимаете и не цените то, что у вас есть, и чего это стоит на самом деле! А я понимаю! И я воспользуюсь этим сполна! Сейчас я вам нужен, чтобы Тео было куда вернуться. А когда я вернусь, ни Тео, ни ты не сможете меня достать там, у меня дома, и мне абсолютно ничего не будет за все, что я сделаю, — что бы я ни сделал! Мне ничего за это не будет! Ничего! Я могу делать все, что захочу! И я буду это делать, и мне никто не сможет помешать! Никто, слышишь? Ни ты, ни Тео, ни его идиотская мамаша! — На этом месте Алкей оборвал разговор и со всего маху бросил телефон в стену. Затем он подошел к зеркалу, презрительно посмотрел на свое изображение и пошел одеваться.
Примерно через полчаса из подъезда дома вышел странный молодой человек в нелепой одежде, подобранной без всякого вкуса. Ярко-красные брюки с широкими штанинами, пляжного стиля синяя рубашка с крупным рисунком моря, парусника с якорем и рыб, и яркий оранжевый пиджак, видимо, символизирующий цвет солнца. Внизу это творение венчали щегольские белые туфли, а сверху — большие черные солнцезащитные очки. Алкею сейчас казалось, что он выглядит изумительно стильно и красиво — практически неотразимо. Когда в его сторону оглядывались прохожие, он это воспринимал как подтверждение своей неотразимости. Хотя, очевидно, сами прохожие думали совершенно иначе.
Подъехала машина такси. Алкей сел в старенький «Мерседес» и надменно и небрежно сказал водителю:
— В казино «Монт Парнес».
У него в карманах было полно наличных евро и кредитные карты, в качестве подкрепления. А в резерве еще были золотые вещи из квартиры. Алкей был в казино второй раз в жизни. Он узнал о казино от друзей Тео, которые приходили его навещать и «освежали его память» подвигами Тео в казино. Алкей их подробно расспрашивал, что такое «казино», для чего в него ходят, какие там правила, — и наивные друзья, ничего не подозревая, давали качественные уроки по этому предмету. Когда он был в казино впервые, вначале он по привычке вел себя скромно и робко. Но под конец ночи, когда вполне освоился, его робкий и скромный тон удивительно быстро сменился на надменный и заносчивый. Сегодня ночью Алкею совершенно не везло. Да и как может везти, если человек не знает даже элементарных принципов игры. В итоге ему наскучило просто так отдавать деньги за то, что кто-то бросает маленький белый шарик на вертящийся диск, или за то, что кто-то открывает рисунки на внутренней стороне ровно вырезанных бумажек и забирает твои фишки. Он не видел в этом ни смысла, ни удовольствия.