— Ну? Так, где цветы и оркестр? Вот он я, приехал по вашей просьбе. Кто я такой? Была такая песня: «Я — это ты, а ты — это я». Ну вот, если вкратце, то я — это ты. Если серьезно, то внезапно выяснилось, что для каждого человека его истинный учитель — это его внутреннее «Я», то есть он сам. «Познай себя» практически означает «пробуди своего Учителя». Поэтому я — это ты, только из альтернативного будущего. Месяца было недостаточно, чтобы сделать из нас с тобой настоящего «Джедая», и Учитель любезно продолжил наше обучение в будущем, в параллельной ветке нашего времени, чтобы закончить для нас обучение. И вот теперь наши с тобой память и опыт можно снова совместить, объединить в одно сознание. Хоть нас тут с тобой и двое, в реальности, мы по-прежнему одно сознание и одна личность. Это чем-то похоже на то, как Учитель существовал в разных местах одновременно.
Пифагор сидел молча.
— И что это значит? — спросил Тео у своей немного потолстевшей копии.
— Это значит, что пора домой, мой дорогой собрат по несчастью. Или счастью. С вещами на выход, моя драгоценная копия! Нас ждут великие дела!
— Как это — пора? Я же сейчас сплю на Самосе! А что же тогда будет с моим телом? И что вообще будет? Как ты себе это все представляешь?
— Твоя личная параллельная ветка времени тут, в прошлом, на Самосе, на этом заканчивается, мой дорогой Ученик, — прервал молчание Пифагор, — ты вернешься в свою основную ветку времени, как и твой балансировочный антипод Алкей.
— А что будет с миром, со вселенной? Как это — заканчивается моя личная параллельная ветка? А ваша? А других людей, всего мира? Разве может быть личная параллельная ветка времени кого-то одного?
— Ну что ты? Этот мир слишком мудро устроен, и поэтому он весьма удобный и гибкий для «продвинутых пользователей» типа нас. Да, можно создать отдельную, параллельную ветку времени для конкретного человека и при этом не вовлекать в нее весь мир, а просто встроить ее в существующий основной поток времени остального окружающего мира. Таким образом, если прекратится твоя ветка, это не отобразится на судьбе никого другого в этом мире. А то представь — живут все люди, животные, рыбы и так далее. И вот создалась твоя параллельная ветка времени. И что теперь — закрываем твое существование тут, и все, — всем остальным живущим тоже исчезнуть? Нет, дорогой мой, архитектура мироздания устроена гораздо более гибко и гармонично. На внешнем и окружающем мире твое возвращение почти не отразится.
— А как же парадокс внука, убивающего дедушку? Или парадокс взмаха крыльев бабочки?
— Так это же придумали в кино. Те, кто не понимает природы этих явлений и процессов. Временная ветка мироздания слишком мощная, чтобы давать кому-либо в нее вмешиваться глобально.
Тео задумался.
— А можно, пока моя личность разделена и у меня есть возможность поговорить с моей более умной и продвинутой копией, я хоть немного у нее спрошу то, что для меня важно?
— Валяй! — уже дружелюбно ответил «пуфик». — Хотя, строго говоря, мы оба с тобой — копии. Наш оригинал там, сидит в машине с закрытыми глазами и с алкогольным перегаром, от которого краска на машине сворачивается. За твой месяц тут и мои долгие годы там, в основной ветке времени, внутри нашей синенькой машинки, прошел всего один миг. И тот пьяный мешок с мясом, маринованный в алкоголе, все еще там спит за рулем, и он все еще дремучий самовлюбленный негодяй.
— Скажи с твоей сегодняшней высоты, что в нашей жизни было самым лучшим, самым важным? — спросил Тео.
«Пуфик» на минуту задумался, потом сказал:
— Помнишь известный анекдот: «Сарочка, запомни: молодой, умный, богатый и щедрый — это 4 разных человека!» Вот так же и в твоем вопросе. Самое лучшее — это Елена. Она была всегда тем, что не давало тебе окончательно скатиться в грязь. Это был тот твой друг, про которого можно смело сказать, что это твое богатство. Про нее тебе можно совершенно честно сказать: «Я не знаю, как бы я жил, если бы ее не встретил». А самое важное в нашей жизни — совершенно очевидно — наша встреча с Учителем. О нашем Божественном Пифагоре можно также сказать: «Я не знаю, как бы я жил, если бы не встретил Учителя». И это тоже очевидно.
— Слушай, но так нельзя! Я столько бы хотел с тобой обсудить — всю нашу прошлую жизнь, родителей, друзей, школу, университет! Ведь на свете нет никого, кто все знал бы обо мне так же, как ты!
— Так, прекратили вечер встречи! Захочешь поговорить — поговори сам с собой. У зеркала, на улице, в ванной, в парке на скамейке. С большой долей вероятности, у тебя могут выйти вполне интересные и содержательные беседы. И я вполне допускаю, что я и буду твоим собеседником, которого ты примешь за свое подсознание (хотя, в чем разница?). Нам пора, Золушка, и часы вот-вот пробьют полночь, а наша с тобой карета превратится в тыкву!