За большим столом — развернувшись так, чтобы видеть и окно, и дверь, — сидела женщина. Не слишком молодая, скорее средних лет, с несколькими фунтами лишнего веса, что, впрочем, ее не портило. На шее у нее красовалось нефритовое ожерелье, в ушах — серьги из того же камня, а золотистое платье было украшено нежными перьями какой-то чужеземной птицы. У нее были большие зеленые широко посаженные глаза, маленький прямой нос, тонкие губы, накрашенные оранжевой переливающейся помадой. Взбитые и тщательной уложенные каштановые волосы отливали то красным, то золотистым оттенками.
— Чем могу вам помочь, мистер..? — спросила она, и голос у нее оказался ниже и глубже, чем Чендлер ожидал.
— Грэнж, — ответил он. — Престон Грэнж.
— Ну и идиот! — воскликнула дама возмущенно.
— Простите?..
— За последние четыре года он сюда, на Порт Маракайбо, посылает уже третьего Престона Грэнжа. Он что там думает, это ему всегда будет сходить с рук?
— Так мне и надо, — пробормотал Чендлер. — Не следует доверять никому, кроме себя. Я завтра же сменю имя.
— Однако удовлетворите мое любопытство: как вас зовут? — поинтересовалась дама.
— Чендлер.
— Это вас некоторые люди называют Свистуном?
— Да, случается.
Она кивнула каким-то своим мыслям.
— Я так и думала, что это именно вы. Как видите, ваша слава идет впереди вас, мистер Чендлер.
— Похоже, так же, как и мое теперешнее имя, — ответил он сухо.
— Никаких проблем, — заверила его женщина. — Еще до того, как вы выйдите отсюда, у вас будут новые документы. — Она помолчала, а затем жестом пригласила его сесть на стул напротив стола. — Прошу вас, присаживайтесь. — Он опустился на стул. — Могу я предложить вам что-нибудь выпить?
— Нет, благодарю.
— А что-нибудь бодрящее, может, что-нибудь обостряющее восприятие? — Он покачал головой.
Женщина пожала плечами.
— Как хотите. — Она поднялась, прошла через комнату к шкафчику, достала оттуда пару маленьких круглых таблеток и проглотила их. Несколько секунд она стояла неподвижно, ожидая эффекта, затем вздохнула, вернулась и опустилась напротив Чендлера.
— Напишите имя, которое бы вам хотелось использовать, чтобы не возникло ошибки. К тому же в любом случае мне понадобится ваша подпись на идентификационных документах.
— У вас найдется листок бумаги? — спросил Чендлер, доставая из кармана ручку.
Она открыла верхний ящик стола и подала ему лист прекрасной бумаги с монограммой.
— Пожалуйста, — сказал Чендлер. — Пусть будет так. Она взяла у него лист, несколько секунд смотрела на написанное, изучая подпись, а затем прочитала вслух: — Жулио Жоан Жавер? Чендлер улыбнулся:
— Это настолько неблагозвучно, что никому и в голову не придет, будто имя вымышленное. Такое имя может придумать только любящая мать с ужасным вкусом.
Она пожала плечами.
— Ну хорошо. К завтрашнему утру вы станете Жавером. — Она секунду помолчала. — Я буду так называть вас прямо с этой минуты. Мне бы не хотелось привыкнуть называть вас Свистуном или Чендлером, а потом нечаянно проговориться в самый неподходящий момент.
— А как мне называть вас? — поинтересовался Чендлер.
— Мое профессиональное прозвище — Нефритовая Королева. Вы можете называть меня просто Нефрит.
— Как я предполагаю, вы — хозяйка этого заведения?
— Я владею всеми зданиями и заведениями в ближайших двух кварталах, — откровенно ответила она.
— Это производит впечатление, — сказал Чендлер.
— Еще бы.
— И каковы ваши связи с лордом Люцифером?
— Раз он прислал вас ко мне, не имеет смысла что-либо скрывать от вас, — ответила она. — Полагаю, можно сказать, что на Порт Марракеше он играет ту же роль, что я здесь. Каждый, из нас строит свою империю на глупости, доверчивости и жадности. — Она задумчиво помолчала. — Его сфера влияния не распространяется на Порт Маракайбо, а моя — на Порт Марракеш, но, — добавила она, — каждый из нас хотел бы обосноваться и на Аде, и потому в наших интересах помочь вам, чем можем.
— Хорошо, — сказал Чендлер. — Мне понадобится вся помощь, какую только кто-нибудь мне сможет оказать.
— Из того, что я слышала, вам много чего понадобится, — сказала Нефрит. — Кто-нибудь еще знает, что вы здесь?
— Только мой шофер, человек по имени Джин. Но он остался на Порт Марракеше, под бдительным наблюдением Лорда Люцифера.
— У вас есть какие-нибудь причины не доверять ему? — спросила она.
— Нет.
— Тогда почему?..
— Просто я вообще от природы не слишком доверчив. Она одобрительно кивнула.
— Думаю, это намного продлит вам жизнь. — Она помолчала и добавила: — А вы уверены, что, кроме него и лорда Люцифера, о вашем пребывании здесь действительно никто не знает?
— Кроме вас.
— Сколько вы собираетесь здесь пробыть?
— Я еще в точности не знаю. Вероятно, месяц, если повезет, то намного меньше.
— Ну, если вы хотите, чтобы я вам помогала, то не лучше ли вам рассказать мне, чем вы собираетесь заняться на Порт Маракайбо?
— По-моему, вам лучше об этом ничего не знать, — предположил он. — Если я скажу вам, то вы окажетесь уязвимой для юстиции.
— Мистер Жавер, — укоризненно произнесла Нефрит, — из моих рук кормится половина чиновников на этом спутнике, и еще половина получает от меня приличные деньги. И если вы хотите, чтобы я вам действительно помогла, вам придется рассказать, чем вы намерены здесь заняться. Иначе мы просто не сумеем ничего сделать.
Какую-то секунду Чендлер молчал, обдумывая это, потом коротко кивнул.
— Хорошо, — ответил он. — Я прибыл на Порт Маракайбо, чтобы убивать голубых дьяволов.
— Если вы так ненавидите голубых дьяволов, то их хватает и на Порт Марракеше.
— Но те дьяволы меня совершенно не интересуют, — пояснил Чендлер.
— Ну хорошо, допустим. — Она кивнула. — Но почему вам обязательно надо убивать именно здешних голубых дьяволов?
— Я надеюсь на ответную реакцию.
— Не понимаю. — Нефрит покачала головой. — Какого рода ответную реакцию? Ненависть? Страх? Панику?