У меня перехватило дыхание. Впервые за долгое время человек хочет что-то особенное. Я не могу потерять такого клиента, иначе утону в своих низкопробных поделках до конца дней.
- Да, сэр, - не раздумывая, ответила я, - что вам угодно?
Человек улыбнулся:
- Ваша порывистость мне нравится. Она выдает в вас творца, заскучавшего без достойной работы, жаждущего реализовать себя. Я полагаю, мы можем быть полезны друг другу. Я даю вам заказ и хорошо оплачу, если он меня устроит, а вы используете всю вашу страсть, чтобы создать для меня шедевр.
Снисходительно посмотрев на моё сияющее от предвкушения лицо, он добавил:
- Однако хочу предупредить, что вам придется приложить всё ваше мастерство, мне нужно, чтобы работа была выполнена идеально. Другой результат меня не устроит. Я не потерплю ни единого изъяна в своём заказе, надеюсь, мы друг друга поняли?
- Д-да, - неуверенно ответила я, шокированная таким неожиданно суровым тоном.
Голос моего собеседника вновь смягчился:
- Прекрасно. В таком случае - вот, - он вынул из кармана пиджака свёрнутый вчетверо лист бумаги и протянул мне, - Я хочу, чтобы вы изваяли из белого мрамора статую, повторяющую черты этого рисунка.
Я взяла листок и развернула его. Передо мной предстала копия с какой-то картины, выполненная, впрочем, весьма посредственно. Однако красоты изображённой на портрете женщины это не испортило.
У нее были правильные черты лица, длинные каштановые волосы, струящиеся по плечам, прямой тонкий нос, пухлые бледно-розовые губы, круглые щеки, чуть тронутые естественным румянцем... и только глаза нарушали общую гармонию её облика. Вернее, их отсутствие. На их месте зияли сквозные дыры такого размера, что даже форму глаз угадать было невозможно, не говоря уже о цвете.
Я посмотрела на посетителя. Тот, прочтя в моем взгляде немой вопрос, сразу понял, что вызвало моё недоумение:
- Да, видите ли, есть такой нюанс - вам предстоит воссоздать её глаза. Самостоятельно.
- Что вы имеете в виду? - переспросила я, - у вас есть ещё изображения, где целы глаза? Или, может, вы опишете мне их примерную форму, разрез, глубину века?
Заказчик покачал головой:
- Нет, с этим испытанием вам предстоит справиться без посторонней помощи.
- Что за глупость! - не сдержалась я, - как по-вашему я должна угадать, если у меня не будет никаких подсказок, образцов? У нее могут быть любые глаза, неужели вы думаете, я буду пытаться попасть пальцем в небо? Вы потребовали, чтобы работа была исполнена идеально, но сами же утаиваете от меня такую важную деталь!
Мужчина выслушал мою тираду и спокойно ответил:
- Не волнуйтесь, мисс Тея, могу вас заверить, вы уже знаете, какими должны быть её глаза. Не зацикливайтесь на этом и сосредоточьтесь на остальном, а когда дойдете до лица, вы поймёте, что и как нужно сделать.
Я посмотрела на него как на умалишенного. Впервые в своей жизни я слышала такой бред. Но заказ есть заказ, каким бы странным он ни казался, это все равно лучше, чем мои «конвейерные» поделки, да и заплатить за него обещают неплохо, а другого такого шанса мне может не выпасть ещё очень долго, поэтому отказаться было невозможно.
- Идёт. Но материалы оплачиваете вы, - предупредила я.
- Разумеется, - кивнул посетитель, - вот, - он достал из того же кармана, где ранее покоился рисунок, ещё один лист бумаги, - это контракт. От вас требуется только подпись. Прошу, - заказчик развернул листок и положил его на низкий столик, стоявший тут же, в приёмной, как я громко именовала отгороженный кусок мастерской у входа, где, собственно, я и общалась с клиентами.
Одного взгляда на контракт хватило, чтобы понять - визитёр подготовился заранее. Здесь были указаны все мои данные, начиная от имени (полного, к моему вящему неудовольствию), и кончая сроками работы. Выходило, что я должна закончить не позднее, чем через три месяца. Чудовищно мало времени для столь объемной работы!
- Сэр, - обратилась я к заказчику, - прошу прощения, но три месяца - это ничтожно малый срок, я совершенно точно не успею завершить к назначенному времени!
- Ошибаетесь, мисс Тея, именно столько вам и нужно. Поверьте, вы более чем успеете.