«Наша экзокожа работает в полном симбиозе с организмом реципиента. Первые два-три дня на лице и теле видна легкая сеточка, которая после бесследно исчезает. Нановолокна экзокожи, воздействуя на ферментное депо, лишь перенаправляют витамины и питание, поступающие в организм, поддерживая внешний вид пользователя на уровне молодого возраста. Лет двадцати пяти».
«Но ведь из ничего ни чего не бывает. Ваша экзокожа, очевидно, должна потреблять энергию.
Где она ее берет? У организма? И что значит: «перенаправляет»? Значит ли это, что какие-то органы этих витаминов и питания недополучают?»
«Вы правы, и чем раньше вы решите воспользоваться экзокожей, тем мягче будет эффект привыкания. Основной потребитель энергии в нашем организме - наш мозг. Он же явно и неявно управляет всеми процессами, происходящими внутри нас, определяя, что на сегодняшний миг выгодно. Он и устанавливает энергетический баланс необходимый для здоровой жизни...
Говоря проще, мозгу выгодно, чтобы сердце билось ровно, а печень не болела, а значит, они голодать не будут».
«Ну а кто же будет? Чем мозг пожертвует ради внешней красоты?»
«Собственным питанием и собственным развитием. Наш мозг развивается непрерывно в течение всей нашей жизни, но так ли это необходимо для здоровья? Так ли уж нужен здоровым организмам развитый ум в старости? И почему не быть старости с умом пятнадцатилетних? Это дело выбора».
«Поясним для наших слушательниц: надев экзокожу, допустим, лет в тридцать-сорок, пользователь сохранит свой молодой облик, но зато лет в семьдесят умственное развитие у него будет на уровне пятнадцатилетнего - все верно?»
«Да».
«И вы всерьез считаете, что найдутся люди готовые пожертвовать своим умом ради пожизненной юности?
С вами был Антон Бондрякин, специально для БанТВ».
Вспыхнул свет над притихшим амфитеатром. Девушка-распорядитель дала отмашку, и четыре микрофона с разных сторон придвинулись к готовым, нетерпеливым ртам. Лысый человечек повернул к камере восторженное лицо и радостно закричал:
- А теперь прошу высказываться!
Веня и Люси сидели в уголке и наблюдали.
- Ты чего в куртке? Давай, я подержу, - сказал Веня на ухо Люси.
Гвалт стоял неописуемый. Кричали о неисчерпаемых, «как атом», ресурсах женского ума, кричали о загадочных правах человека. Кто-то, видимо, машинально кричал о Донбассе.
- Не хочу, - ответила Люси с легкой досадой. Потом беспокойно поерзала, сказала: «А!» и, сняв куртку, отдала ее Вене.
- Классные лосины, зря «рубишься», - заметил Веня на Люсины попытки стянуть свитер чуточку пониже попы. Свитеру хотелось вздыматься вверх. Он мнил себя облаком.
- Ничего не заметно? - жалобно и с надеждой спросила Люси, - Реально?
С минуту назад она обнаружила, что забыла надеть юбку. Юбка лежала на диване, когда позвонил Веня.
К ним подошел мужчина с лицом строгим и одновременно доброжелательным, как у римского патриция в цирке с бьющимися насмерть гладиаторами.
- Здравствуйте, шеф, - Веня встал.
- Привет, курсант, - мужчина весело осмотрел Люси, - а эта та девочка, которая «типичная»? Лицо поколения? Как звать?
- Люси.
- Пойдем. Сейчас встанешь к камере спиной, я тебя окликну, ты обернешься, тебе кинут волейбольный мяч, и ты поймаешь.
- Все?
- Можешь улыбнуться.
Они пошли, и она встала под лампы, придерживая пальчиками края свитера на расстоянии «леди».
- Расслабься, - прозвучал голос «шефа», - раскинь руки свободно!
Люси расслабилась.
- Это что за хрень? - произнес удивленный голос, - рекламу чего мы снимаем?
- Это лицо поколения. Отретушируешь потом, - ответил командный голос «шефа», - типичная девочка, они все так ходят.
Люси!
Она обернулась и поймала мяч.
И обворожительно улыбнулась.
- Титры такие: «Мне пятнадцать, и мне хватает!» Кончили!
Все получилось мило. И если уж быть совсем придирчивым, как Люсина бабушка, то стоит признать, что цветовая гармония, начиная с белья и кончая свитером, в гардеробе юной леди была.
Люди начинали расходиться. Некоторые уходили сразу, не простившись, другие любезничали с «шефом», прося иметь в виду. Лысый весельчак предложил хлопнуть по рюмке. Аппаратуру упаковывали, стулья выносили.
Люси и Веня выбрали момент и подошли к «шефу».
- Шеф, - Веня немного смущался, - вы говорили, что будет гонорар. Договор был.
- Да, гонорар, - «шеф» порылся в карманах, - опустошили! Но звезд рекламы кидать не хорошо. Нам договоры не нужны, мы люди слова. Давай свой номер, он привязан?
- Да.
- Трех «рублей» хватит? Я перевел. У тебя хорошая улыбка, Люси. Она должна принести мне удачу.