Роза грустно улыбнулась.
- Если охотники призваны убивать нефилимов, зачем им ангелы и демоны? – спросила она после недолгого молчания.
- Охотники в какой-то своей степени нефилимы. Однажды они разозлились и обрушили свой гнев не только на детей, но и на создателей. Ангелы и демоны в отместку нанесли на них метку. Символы бессмертных по обоим концам, сплетающихся в середине между собой, как символ связи сил Света и Тьмы, как напоминание, что они были рождены от демона и ангела. Метка источник силы. Когда рядом, кто-либо из тех, кого охотники должны убивать, она прожигает позвоночник, задвигая внутреннюю боль. И она служит оружием. Будто кнут передает силу в ладони. Разрушительную силу, от которой умирают все, даже бессмертные.
Роза вспомнила мага, о котором упоминал Женя. Тот настойчиво требовал его прекратить с охотником любые связи. Теперь причина была ясна – охотники представляли опасность не только для бессмертных, но и для их детей.
От Жени и Алека она узнала об охотнике, убивающего ангелов и демонов в Небилинске. Презирала. Но глядя на измученного от боли Никиту, взгляды поменяла. Не могла представить, почему сама не испытывает такое.
- Убийства в городе, это…ты? – спросила она.
- У меня нет другого выхода. Даже если охотник и будет сопротивляться, рано или поздно энергия достигнет своей цели.
- Не справедливо. Почему дети должны отдуваться за грехи ангела и демона, вселившихся в человеческие тела? А того ангела наказали?
- Он сын Серафима, отец первых нефилимов. Конечно же, нет. Но даже если его и наказали, спустя столько тысячелетий он искупил свою вину.
Роза вздохнула. Об ангелах и демонах, об их классификациях и правилах она узнала относительно недавно. И каждый раз, погружаясь в раздумья, голова шла кругом.
- Алек и Женя нефилимы, - напомнила она.
- Я знаю, - отозвался Никита в такой же задумчивости.
- Ты их тоже убьешь? – Сердце сжалось только при одной мысли об этом. Перед глазами вдруг предстал образ светловолосого полуангела. Раньше ей и в голову не приходили его сходства ангелами, сейчас же, яснее и чище был разве что благородный Герман, по воле судьбы которому она боялась теперь доверять.
Никита поерзал.
- Прежде всего, они мои друзья, - ответил он. – Да, рядом с ними боль возвращается быстрее, но я всегда ухожу подальше и…
- Так вот почему ты так часто уезжаешь? – сквозь печаль усмехнулась Роза. – А я-то думаю, что за дела у тебя такие?
Никита поджал губы и растянул их в подобие улыбки.
- Ты знаешь о Германе и Марке?
- Знаю. Мы чувствуем всех их.
- А они нас?
- Для них охотники обычные люди. Узнать нас в толпе они могут разве, что заметив метку. Так что не советую тебе ходить по здешним пляжам.
- Я запомню, - улыбнулась Роза.
- Я надеюсь, ты никому из них о себе не рассказывала?
- Нет, - успокоила его Роза.
- И не надо.
- Они убьют нас, если узнают?
- Да. Охотников они ненавидят еще больше, чем нефилимов.
Роза и Никита еще долго обсуждали свою сущность, обсуждали ангелов и демонов. Разговаривали обо всем. Казалось, за эти несколько часов они стали ближе, будто несколько лет знакомства пролетели в считанные секунды. Необъяснимым осталось лишь одно – почему Роза не чувствовала боли и об охотниках ничего не знала. Никита посоветовал еще раз поговорить с родителями, если она не приемная, то кто-либо из них точно был охотником. В отличие от нефилимов, которые смешивая кровь с людьми, теряли свою ангельскую часть, охотники всегда оставались первозданными, точно бы только вчера ангел и демон вселились в человеческие тела.
Когда вышли из зала на небе светила луна, холодная и неприступная. Белый снег поблескивал на деревьях и тротуарах унылым голубым светом. Толи Ад, толи сами Небеса смеялись над ними, прикрываясь морозным ароматом и дымкой ночного неба. Никита проводил Розу до общежития. Раскрывшись перед ней, доверив ей тайну и найдя единомышленника, он обрел опору. Роза не вдавалась в подробности насколько много охотников в Небилинске, но не стоило и гадать, что на одного из них приходилось сотня ангелов, демонов и нефилимов.
Роза остановилась на крыльце и посмотрела на высокого темноволосого парня. А ведь в первый день встречи с Алеком, она почувствовала на коже мелкие мурашки, исчезнувшие буквально за секунду. И подумать не могла, что это не волнение от близости с другом, а энергия и боль, что она почувствовала от охотника сама того не осознавая.