- Вам пора, - напомнила ее мать.
Роза с трудом удержалась на ногах. Кожу покрыли леденящие мурашки. Тело сдавливало до остановки дыхания. Чем больше она узнавала, тем хуже становилось.
Как они добрались до отеля, Роза не помнила. Она долго стояла под душем и плакала. Почему родители так поступили, не поддавалось никакому объяснению. Неужели боль была настолько невыносимой, что можно было продать душу собственного ребенка? Почему не рассказали ей с самого начала? Чего опасались, когда она вернулась в Архангельск?
- Ты как? – поинтересовался Никита, когда Роза вышла из ванны. За окнами стояла глубокая ночь. Роза полностью потеряла счет дням и не смогла вспомнить, сколько часов уже прошло.
- Ужасно, - поделилась она, плюхнувшись на край соседней кровати. – А что с твоими родителями?
- Они умерли. Отец, когда мне было лет пять, а мать позже, когда защищала меня.
- По красней мере, они тебя любили, - вздохнула Роза.
- Твои тебя тоже любят, просто… Я уверен, была причина.
- А я нет. Какая метка говорит о том, что моя душа принадлежит Аду? – Роза посмотрела на свои руки.
- Печать на твоей ауре, - ответил Никита.
Роза подняла голову и попыталась рассмотреть поле вокруг себя. Она была бы бездарным охотником, даже ауру разглядеть не могла.
- Ты ее видишь?
- Да, - кивнул Никита.
- А нефилимы ее видят? – задумалась Роза. Если нефилимы могли различать ангелов и демонов, то и печать на ее ауре разглядеть могли, но Алек о таком не упоминал.
- Если хорошо постараться, то и люди увидят. Мне потребовалось несколько лет, чтобы без труда ее разглядеть.
- И какая моя аура? Черная?
- Немного серая от меланхоличного состояния, но в остальном – сияет.
- Обманываешь меня? – усмехнулась Роза.
- Вовсе нет. - Никита встал с кровати и подошел к ней. - Ни одного черного пятна. Говорю чистую правду.
Он сел рядом и обнял Розу за плечи.
- Что теперь делать? – прижавшись к нему, задумалась Роза.
- Не знаю, - ответил Никита. – Можешь вернуться в Небилинск, демоны тебя не тронут.
Роза выпрямила спину и посмотрела на Никиту. Он выглядел уставшим. За последние несколько дней Роза и позабыла, что охотники такие же люди, как и нефилимы, а значит, могут уставать.
- А как же ты?
- Продолжу то, чем всегда и занимался, - пожал он плечами.
Роза вспомнила обжигающую горящую метку на спине, разрывающую боль до потери сознания. Единственной мечтой охотников во все времена было только одно – престать ощущать контролирующую их боль.
Никита был один. До Небилинска и после. Он обречен на одинокое существование и уничтожение ангелов и демонов, чтобы поддержать жалкие попытки продлить блаженное спокойное состояние. Чувствовала, как тянулся он к ней лишь от того, чтобы хоть на миг продлить чувство, которое ему никогда не светит.
- Я не оставлю тебя, - заявила Роза. Никита недоверчиво покосился на нее.
- А как же Алек?
- Тебе я нужнее, - ответила Роза и обняла его. – Только никогда душу не продавай.
Никита усмехнулся и прижался ближе, уткнувшись носом в ее мокрые волосы.
Позже Роза позвонила Алеку и рассказала ему обо всем, что с ней произошло. Поделилась, что ей и Никите пришлось уехать, и добавила, что в Небилинск она не вернется. Она не может убивать ангелов, как охотник, но оставлять Никиту одного тоже не собирается. По голосу она слышала, что Алек расстроен. Он просил не делать этого, но Роза все обдумала и твердо решила идти своим путем. Извинившись, она попрощалась с Алеком и положила трубку.
***
- Привет. – В комнату вошел Герман. За неделю, что Лида лежала в кровати, к ней заглянули все. Кроме Марка.
Лида смутно помнила о том, как ударилась головой и получила травму. К счастью ушиб был легким, и врачи разрешили отлежаться дома, при соблюдении всех их рекомендаций. Каролина и Жанна проявляли терпение и во всем ей помогали. А вот Роза уехала, даже не попрощавшись, не звонила и не писала сообщений. На все попытки дозвониться самим Лида и подруги натыкались лишь на бездушный голос оператора.