Несколько дней прозагорали на берегу Гунта в ожидании лошадей. Ловили рыбу, охотились на горных козлов — кийков. Врач экспедиции Маруся Потапова провела медосмотр. Белецкий признался Саше Сидоренко, что мечтает о восхождениях на пик Победы — самый северный в мире семитысячник, обнаруженный в 1943 году топографом П. Н. Рапасовым на Тянь-Шане, а затем — на самый «кровавый» из гималайских восьмитысячников — Нанга-Парбат.
Наконец прибыл долгожданный караван — три лошади и ишак. 31 июля экспедиция выступила к верховьям реки Патхор.
Еще с левого берега Гунта открылся вид на высокий безымянный пик в Рушанском хребте, который местное население называло Патхор (в переводе с таджикского языка — колючка). С первого взгляда он поразил альпинистов своими обрывистыми черными скалами, сильно изрезанными острыми гребнями, не предвещавшими легких маршрутов восхождения. По пути к верховьям Патхора несколько раз переправлялись через реку. Вместе с караваном пришли два крепких молодых таджика, направленных Советом Министров Таджикской ССР для участия в экспедиции.
Белецкий понимал, что спортсмены Таджикистана нуждаются в собственных квалифицированных кадрах. А где, как не в экспедиции, собравшей сильнейших высотников страны, приобретать альпинистский опыт? Кстати, на переправах молодые таджики оказались очень полезны.
Сильное течение едва не валило с ног альпинистов.
Таджики же легко преодолевали водную преграду способом, которым владели еще их далекие предки. Они очень ловко мчались через реку бегом, необычайно высоко задирая ноги. Едва заметив, что кого-то из горовосходителей начинает сносить вода, они молниеносно подбегали к нему и помогали добраться до берега.
Основным препятствием при передвижении тяжело нагруженного каравана являлись крутые осыпи. 1 августа, преодолев несколько опасных бродов, караван вступил в узкое ущелье с едва заметной тропой. Еще пять километров пути — и на высокой (3600 м) древней морене, густо поросшей ивняком и облепихой обнаружилось удобное место для стоянки. Здесь разбили «Зеленый лагерь».
Далее путь преградили крутые, не проходимые для лошадей осыпи. И грузы перекочевали на спины восходителей. От одного лагеря до другого, вверх-вниз, «челночным» способом перетаскивают они продукты и снаряжение, пока не достигают удобной площадки среди зарослей ивы (3700 м). Здесь устанавливается второй «Зеленый лагерь».
10 августа, предельно нагрузившись всем необходимым для длительного высотного восхождения, альпинисты вышли из «Зеленого лагеря» вверх к южному цирку ледника Марковского.
Путь лежит через крупные осыпи бурого, словно обожженного в печи камня. При подъеме круто вверх 30-килограммовые рюкзаки не позволяют распрямить шею. Перед глазами лишь пять квадратных метров каменного месива, и все внимание сосредоточено на том, как лучше поставить ногу, чтобы не подвернуть ее или не задрать слишком высоко, — тогда не выжмешься.
Тех, кто попал на Памир впервые, поражает непривычная по сравнению с Кавказом грандиозность масштабов. Ледники сползают с востока и запада. К вечеру на старой морене (4400 м) разбили ледовый лагерь. Дальше начинается безмолвное царство льда и снега.
Разведывательная группа поднялась в бассейн Центрального ледника и по узкому снежному кулуару достигла западного гребня на высоте 5400 метров. Выяснилось, что далее предстоит трудное лазанье по скалам, но затем к вершине выводил ледовый гребень средней трудности.
11 августа двенадцать восходителей покинули Ледовый лагерь. Разбились на четыре связки-тройки; москвичи Абалаков — Иванов — Сидоренко, ленинградцы Белецкий — Семенов — Угаров и две «смешанные» тройки Багров — Потапова — Тихонравов, Кельзон — Старицкий — Шлягин.
Лидирует связка Абалакова. Крутой участок ледопада альпинисты преодолевают «в лоб». Острые зубья кошек с трудом вонзаются в лед. Восходители осторожно обходят зияющие бездонные трещины. Вот уже солнце начинает золотить снежные вершины, но альпинистов, сгибающихся под тяжестью рюкзаков, все еще пробирает утренний мороз.
Темп движения хороший. К часу дня подошли к скальному гребню, вздымающемуся над ледником гигантской черной стеной. Со склонов гребня с грохотом летят камни. Здесь, на высоте 5100 метров, разбили лагерь 3. Солнце припекает так сильно, что все раздеваются до трусов. Но едва вечерние тени достигают лагеря, приходится моментально натянуть на себя всю теплую одежду. Ночью мерзли даже в спальных мешках. Долго не могли уснуть. Обсуждали планы на завтра: как лучше выйти на ребро, когда начать подъем, какое снаряжение взять с собой. То и дело приоткрывали полы палаток, выглядывая наружу — что обещает погода? В лунном свете зеленовато мерцали снежные склоны. Черная пирамида Патхора выглядела сейчас еще более мрачной и неприступной. К утру палатки обросли изнутри толстым слоем инея.