Решаем, что наш первый поход должен ставить своей целью разведку пути к вершине Раздельной. Одновременно с этим мы намерены занести на возможно большую высоту запас продуктов, горючего, теплую обувь и некоторое другое альпинистское снаряжение, с тем чтобы облегчить себе предстоящий штурм вершины; там же мы решаем оставить вкладыши наших двойных пуховых мешков. Наконец, наш разведывательный поход должен содействовать лучшей высотной акклиматизации группы.
На следующий день мы начинаем сборы. Неожиданная болезнь выводит из строя Алейникова. Заменять его уже поздно, и мы вынуждены теперь нести его груз. Наши вместительные рюкзаки заполняются обувью, кошками, пачками сухого спирта, консервными банками, меховыми костюмами и другими необходимыми в походе вещами; поверх всего мы помещаем объемистые спальные мешки. Вес нашего груза скоро достигает памирской «нормы»: двадцать три — двадцать пять килограммов. Но ничего лишнего у нас нет. Особенно ценны для нас теплая одежда и бивачное снаряжение. По опыту прошлых разведывательных походов мы знаем, как изменчива здесь погода. В течение двух-трех минут безветренная солнечная погода может смениться снежной пургой с понижением температуры на высоте 4500–5000 м до минус 6° — минус 10°.
Ненастная погода здесь обычно сопровождается сильными юго-западными ветрами. После очередного ухудшения погоды ветры еще несколько дней свирепствуют на больших высотах, переметая свежевыпавший снег. В такие дни из нашего лагеря на леднике Ленина мы ясно видели на фоне голубого неба огромные флаги снежной пыли, вздымавшиеся над гребнем Заалайского хребта. Там, на высоте 6000 м и выше, температура в августе может упасть до -20, -25°.
К вечеру 2 августа В. Кизель, И. Федоров и я выходим в разведывательный поход. По хорошо разделанной саперами тропе мы за полтора часа доходим до того места, где тропа уходит влево на осыпь к лагерю 5200 м. Здесь мы располагаемся на ночлег, чтобы завтра утром по подмерзшему фирну выйти в верховья западной ветви ледника Ленина и достигнуть высоты, близкой к 5700 м.
Это нам удается. Выступив утром 3 августа из лагеря № 1, наша цепочка — мы идем теперь связанные веревкой — благополучно преодолевает на кошках особенно крутой подъем и, лавируя между открытыми и скрытыми трещинами, быстро начинает набирать высоту. Ледопад остается справа от пути подъема.
Скрытые трещины в верховьях ледника Ленина попадаются в совершенно неожиданных местах вне зависимости от высоты и рельефа местности, и даже самый опытный альпинист не в состоянии распознать опасные места. По пути к вершине Раздельной скрытая трещина пересекала фирновый гребень, и у самой вершины на снежном куполе В. Кизель провалился в нее вместе со снежным мостом. (Мы удержали его на веревке.)
По пути к верховьям ледника идущему впереди приходится, проваливаясь в снег по колено, прокладывать путь. После восьмичасовой непрерывной работы мы преодолеваем последний крутой подъем вблизи склонов вершины Раздельной и разбиваем лагерь № 2 под прикрытием огромной ледяной глыбы, сорвавшейся когда-то со склонов пика Ленина. Мы чувствуем себя усталыми, но горячий чай и ужин улучшают наше самочувствие. Лежа в спальных мешках, мы обсуждаем ближайшие планы.
Подъем в лоб к перевалу на западном гребне пика Ленина, лежащему восточное вершины Раздельной, был не безопасен. Об этом красноречиво свидетельствовали следы лавин на крутом склоне ниже перевала. Мы решили поэтому выйти к вершине Раздельной по северному ее гребню, образующему западные склоны цирка ледника, в верховьях которого находился наш лагерь № 2. Нам казалось, что выход на этот гребень возможен несколько левее черных скал, поднимающихся над лагерем.
Это предположение оказалось правильным. Утром 4 августа мы поднялись на гребень, а к двум часам дня подошли к последнему подъему у купола вершины Раздельной. Здесь, на высоте около 6100 м, на скалистом островке, выступающем из снега, мы сложили свой груз и укрепили его камнями. Восточных склонов пика Дзержинского и его вершинного гребня мы не увидели. Но теперь план штурма пика у нас созрел окончательно. Последний лагерь № 3 в конце третьего дня восхождения мы разобьем непосредственно на вершине Раздельной или вблизи нее. После этого на четвертый день штурма мы спустимся на восточный гребень пика Дзержинского; судя по карте, он достаточно пологий и вряд ли мы встретим на нем сколько-нибудь существенные трудности. Оттуда мы преодолеем последние 400–500 м подъема, остающиеся до высшей точки пика. Все бивачное снаряжение будет оставлено в лагере № 3; в расчете на неожиданности мы возьмем с собой только кошки.