Между нами повисает зябкое молчание. Я тоже медленно расцепляю пальцы с его куртки и опускаю глаза, не зная, что добавить. Что сказать, с чего начать…
– Но наблюдения за твоей работой, да и незапланированная вылазка в пещеру показали, что ты и сама не в курсе деталей, – нарушает паузу Блейк, продолжая, и разминает шею. Опять сканирует пространство рядом с нами. – А пока мы рассматривали фрески, Мюррей сделал это. Нашел оружие. О котором мы пока знаем очень мало… Поэтому всё так быстро переменилось.
В памяти тут же всплывает обрывок подслушанного в коридоре разговора: «Я же сказал: этот олух Коннаган уже перевел всё. Девчонка даже не в курсе, насколько мы её опережаем. Фото мозаик достаточно, чтобы найти вторую сферу…»
Мюррей всё это время думал, что я ищу то же, что нужно ему? Закрываю лицо ладонями, понимая, как крупно облажалась…
– Рейчел? – недоуменно спрашивает Блейк, увидев это, и я разражаюсь тирадой, стараясь не быть слишком эмоциональной и не привлекать внимания, хотя всё во мне буквально кричит от чертовой досады:
– Я выслала ему фотографии… Коллеге, Джеффри Коннагану. Вот уж кто намеренно п-помогал Мюррею… Засранец. Он сейчас у меня дома, приглядывает за котом. И добраться до каких-либо записей ему не составит труда.
Отнимаю ладони от лица. Под шум взлетно-посадочной полосы, слышимый даже сквозь толстые стекла, сбивчиво пересказываю абсолютно всё: как мы работали с Джеффом над строками, когда я успела переслать изображения, что конкретно слышала сегодня. Лицо Блейка мрачнеет с каждой секундой: он поджимает губы, явно сдерживаясь, чтобы не сказать: «Я же предупреждал, просил никому не говорить!»
– П-прости меня, Блейк… – виновато шепчу, полностью и до конца осознав весь масштаб бедствия: собственными руками я приблизила некую катастрофу, которую может вызвать Мюррей вещью, пока недосягаемую для моей веры и понимания. – Я никогда бы в жизни не п-подумала, что Джефф… Что это всё – не просто безобидный поиск чего-то нового в д-древней истории…
Умолкаю, чувствуя, что еще немного и снова разревусь. Это всё оказалось слишком для меня. Я ведь всего лишь хотела добиться научного открытия, показать, что в трудах Архимеда было еще что-то важное для человечества. Что за чертово оружие? Как оно вообще стало связано со мной и моими исследованиями? Почему Коннаган вот так, без зазрения совести, предал меня и всю нашу работу?
– Ты сказала, Мюррей упомянул вторую сферу? – вдруг тихо произносит Блейк, и кроме молчаливого, не выраженного вслух гнева в его глазах появляется тень задумчивости.
Он уводит тему без лишних укоров, за что я как никогда благодарна.
– Да… Понятия не имею, о чем речь, – едва слышно всхлипнув, я вновь отвожу взгляд, терзаемая совестью.
Проходит секунда, другая… И Блейк таинственно говорит:
– А мне кажется, имеешь…
Вскидываю на него непонимающий, загнанный взгляд, и получаю в ответ вскинутую бровь и легкую полуулыбку:
– Ну же, Рейчел. Вспомни, что было изображено на тех мозаиках.
Артемида. Аполлон. Луна и солнце. Две сферы рядом с ними. Пущенные Зевсом на землю… Фразы на латыни.
Боги обладают великой силой. Силой, недозволенной до прикосновения смертных…
Да не будет им воссоединения, ибо смерть.
– Те сферы… Н-неужели… Это и есть древнее оружие?
Ну конечно! Очевидное под носом, а я не заметила этого! Но как… Как символы Артемиды и Аполлона могут быть оружием?
– Есть вероятность, что именно из этих сфер одну нашел Мюррей? – уже серьезным тоном спрашивает Блейк.
Паззл складывается в голове слишком медленно. Но складывается. И кажется… меня озаряет. Словно яркий луч конечной мысли пронзает лоб, оставив после себя ощущение, как если бы я давно это всё знала, но поняла только сейчас.
– Если они и впрямь существуют, то теперь он ищет в-вторую… – тут же подхватываю я, на мгновение переключившись с клокочущих до этого внутри эмоций на выстраивание теории, распускающимися бутонами рождающееся в моей голове. – Из-за того, что я не обладаю информацией по всей легенде и т-теперь многое останется тайной из-за вероломства Джеффа, могу лишь п-предполагать вот что… Артемида и Аполлон владели некими а-артефактами. Если следовать логике их принадлежности к небесным светилам, она могла в-владеть некой лунной сферой, а он – солнечной. Эти артефакты обладали силой, о чем упоминалось и на стенах храма, и Архимедом.
– Так… – подбадривающе кивает Блейк, уловив суть, и я, переведя дух, продолжаю:
– Зевс разгневался на них за их аморальную связь и отобрал артефакты. Ниспослал их на землю к смертным, которые не должны прикасаться к этой силе… Но раз Мюррей нашел одну сферу, можно предположить, что либо это отчасти байки – с ним ведь ничего не случилось, либо…