Ха! Трижды — ха! Произвести впечатление, явившись со мной? Это у него отлично получится, только вот была одна загвоздка — мне-то это на кой черт сдалось? Я планировала заняться этим вечером более интересным занятием, чем какие-то посиделки на квартирнике у местной звездочки. К тому же, могу даже поспорить — ничего хорошего для меня там не ожидалось. Ни во время, ни после.
И Лукья как будто специально упустил немаловажную деталь: это он никого не знает. Зато его каждая соба…кхм, почти каждый студент узнает. Вон как таращатся. Пора бы мне уже скрыться от их внимания.
— Выбери себе другую девчонку на выход, — отказала, развернувшись, но не продвинувшись ни на шаг.
Все потому что Лукьян успел встать и удержать меня за рюкзак.
Угу, пусть еще поднимет, как котенка за шкирку и потрясет. Глядишь, поможет, и блошки сомнений повыпадают из моей головы. Это же так работает!
— Уже выбрал, — немного раздраженно начал он. — Думаешь мне хочется проводить время с какой-то из этих глупых куриц? А ты, вроде как, сообразительная. Идеально подойдешь.
Тут он в корне был неправ! Курицы никогда не были глупыми, по некоторым сведениям они даже умели считать и манипулировать друг другом. Зато сам обладатель светлых волос, кажется, особым умом не отличался. Увидел меня в очках и посчитал умной? Ну, что за стереотипное мышление.
— Ты всегда говоришь то, что думаешь? — выпалила, стараясь не вырываться.
Уже представляю, как завтра весь университет будет стоять на ушах. Рок звезда приставал к заучке! Первая полоса желтой прессы!
— А ты делаешь иначе? — Лукьян разжал пальцы, отпуская меня. Тут же отошла от него на шаг, поскольку мыслить трезво, когда хочется вцепиться в горло своему обидчику, получалось с трудом.
— Я предпочитаю не ходить ни в каком коротком платье на всякие квартирники к незнакомым старшекурсникам, — только и сказала прежде, чем покинуть общество музыканта.
Уже отойдя на приличное расстояние, решила оглянуться. Лукьян стоял все там же, натянутый словно струна, и смотрел вслед. Заметив мой маневр, парень отсалютировал от виска пальцами на прощание. И почему-то я была абсолютно уверена, что это точно не обещание в стиле «всего хорошего».
4.1. Лукьян
Первый учебный день закончился скверно… Я никогда даже не думал, что череда каких-то смехотворных случайностей может повторно привести меня к зеленоглазке. В деканате я просидел добрых два часа, уныло позируя на камеру всему персоналу, которому «ну, очень надо селфи для внуков». Да-да, знаем таких, проходили.
После чего только и получил свой долгожданный студенческий билет, вместе со списком необходимых учебников. Впрочем, ненужная бумажонка тотчас была выброшена в ближайшую урну, и я вдруг понял, как зверски устал от всего. В телефоне висело туча уведомлений: смс от агента, так и не прочитанное с раннего утра, приглашения на тусовки, восторги, заявки в друзья — все, как обычно.
Я ответил только своему старому знакомому — Стасу, он как раз учился на одном курсе со мной. Предложил встретиться на обеденном перерыве. И поскольку на свои пары я идти не собирался, решив повременить с обескураживанием своих одногруппников, которые точно были в курсе, кем является их новенький, вышел на улицу. Во время занятий там царило опустошение, что было только мне на руку. Выбрав самую дальнюю позицию, скрытую тенью кустарника, я устало плюхнулся на скамейку, прикрыв глаза. Слух тут же начал улавливать еле слышный шелест листьев, отдаленный шут автомобильной трассы, воробьиный щебет — все эти звуки городской суеты и покоя, неведомым образом складывались в музыку. Ту самую, что льется не потому что так захотел исполнитель, а сама по себе. Неудержимая мелодия, в самый нужный час достигающая и затрагивающая струны души, дабы развеять всю суету бытия.
Я никогда не был философом или романтиком. Скорее повернутым на своем любимом деле человеком, делящим мир на инструменты и исполнителей. Кто-то умело играет другими, а кто-то лишь звучит. На моем пути редко встречались люди из первой категории. В основном исполнители либо уже добились успеха, либо еще не родились. И, к счастью, данная основа жизни никак не была связана с золотой ложкой в зубах, которую обычно приписывают богатым людям. Я искренне считал, что середины просто не существует.
И тогда мои глаза раскрылись. Я понял, что, пока пребывал в своих мыслях, не заметил, как аллея стала заполняться людьми. Болтовня студентов настолько была несущественна для меня, что слух банально игнорировал посторонние звуки, мешающие разуму прийти в гармонию с собой. Ровно до этого момента.