Выбрать главу

— Я сейчас, никуда не уходите! Стойте тут! — крикнул Антон и в считанные секунды исчез из вида.

— Не опоздайте к отправлению! — крикнула Людмила, и в ее голосе было неподдельное беспокойство.

Антон появился через три минуты, возбужденный и радостный. и протянул ей мороженое.

— Надеюсь, от Ленинградского вы не откажетесь!

— О, благодарю вас!

Они стояли, повернувшись друг к другу, ели мороженое и смотрели по сторонам. По перрону прогуливалась парочка полицейских, отпугивая старух, предлагавших пассажирам домашнюю стряпню и напитки.

— Хорошо, — пробормотал Антон, облизывая губы.

— Угу, — согласилась Людмила, гоняя во рту кусок мороженого.

— У меня ощущение, будто мы провалились лет на тридцать назад.

Она снова кивнула. Антон видел, какое удовольствие ей доставляют эти минуты. Она была словно девушка, купающаяся в ласковом вечернем солнце и ненавязчивом внимании парня. Смотрела то на него, то вокруг и крутила носком мягкой туфли, опираясь на пятку, наверное, она была приятно взволнована. А Антон смотрел только на нее, на ее лицо, грудь. Кое-кто из стоявших неподалеку обратил на них внимание. Они были разные, но оба яркие.

— Ну не смотрите на меня так, — не выдержала Людмила.

— Почему? — Антон удивился, ему казалось, что ей приятно его внимание.

— Потому что это ни к чему, мы в общественном месте… Мне неудобно, я не восемнадцатилетняя девочка, — по поводу того, что неудобно, она, несомненно, лгала.

— Вы женщина, а я мужчина. Почему бы мне на вас не смотреть? — произнес Антон бархатным голосом.

Она покраснела от удовольствия, повернула к нему лицо, но не смогла поднять глаза, чтобы встретить взгляд.

— Все, я пошла, — заявила она и направилась в вагон, ободрив его видом энергично двигающихся ягодиц.

Когда вошел в купе, Антон увидел, что Людмила снова сделалась серьезной и строгой. Романтика осталась на обезлюдевшем перроне. Людмила сидела, отодвинувшись глубоко в угол, скрыв глаза в тени верхней полки. Было ощущение, что она готова разразиться гневной отповедью. Она положила под столом ногу на ногу, но не могла придумать, куда деть руки, беспрестанно двигала ими, перебирала пальцами.

— Расскажите мне про ваш фонд, — попросил Антон, сев и подняв на нее взгляд, в котором не осталось ни намека на игривость.

Она взглянула на него сердито и удивленно, он как будто выхватил у нее оружие.

— Что вы хотите услышать?

— Просто расскажите, как вы работаете, про детей, которым удалось помочь.

Она приготовилась дать отпор, но обороняться было не от чего. Антон внимательно ждал, когда она заговорит, в его глазах не было того сладкого блеска, который обжег ее на перроне. Спокойные глаза ждали рассказа про детей, которым помог фонд. Людмила подвинулась вперед и выставила из-под стола ногу.

— Непосредственно с детьми фонд работает полгода, еще полгода ушло на организационные моменты, оформление документов, разрешения. Вы же знаете, как у нас в государстве все делается.

Он смотрел умными глазами, не моргал и даже не помышлял взглянуть на полную голень, выставленную напоказ. В ее взгляде читалось, что гнев прошел. Людмила качнула ногой, умоляя взглянуть на ее округлую форму. Антон смотрел ей в глаза и видел, как она отступает, сдавая позиции. Только что она готовилась распечь его за фривольный взгляд, а теперь болтает ногой, чтобы он посмотрел на нее, как давеча на перроне, умоляет взглянуть. Больше она не рассердится, даже поблагодарит глазами за такой взгляд. Но он не станет этого делать. А у нее нет сил убрать ногу. Приготовила для него наживку, а сама попалась.

— Помогли пятерым деткам, для троих средства уже собраны, вот одной девочке, Машеньке Комаровой, должны на днях сделать операцию, у Сережи Кравченко скоро начнется курс реабилитации. Еще одну девочку повезем в Германию, у нас таких операций пока не делают.

— Здорово знать, что кому-то помог, тем более ребенку. Я вам завидую.

— Теперь и вы помогли. Спасибо вам, Антон. Это неожиданно… Никогда бы не подумала, что вот так в поезде найду спонсора.

— Может, и я когда-нибудь займусь чем-то подобным.

— Почему когда-нибудь? Займитесь сейчас. Спешите делать добрые дела. Тем более у вас есть для этого возможности.