И вот, когда мама забрала его пораньше из садика, у него в куртке, оттопыривая карман, лежала настоящая заводская упаковка гильз. Во дворе они встретили Женю, Кириллова друга, жившего через два подъезда. Он был на год старше и скоро должен был закончить первый класс. Кирилл попросился у мамы погулять с ним во дворе, и мама согласилась.
Первым делом он показал ему гильзы, потом они посмотрели, как старшие ребята играли в ножички, потом пошли гулять вокруг дома. За домом они понаблюдали, как кто-то из жильцов старательно вскапывал и очищал от сорняков свой огородик.
Среди этих земледельцев была и пятиклассница Ира, жившая в соседнем подъезде их дома. Она была грозой всего двора. У неё было очень обостренное чувство справедливости. Если она замечала, что эта справедливость где-то, кем-то нарушается, лезла восстанавливать её, невзирая на лица. Она кричала, дралась, обзывалась, кусалась, пока не добивалась восстановления этой самой попранной справедливости. Однажды она обозвала «невоспитанным стариком» отставного полковника, осмелившегося заехать одним колесом своего «Москвича» на газон. Голос у неё был резкий и грубый.
Работала она на земле энергично. Не отставали от неё и три подруги, которых она приобщила к этому благому делу. Посмеявшись втихаря над Ириным землепашеством, Кирилл с Женей пошли дальше. Побродив ещё немного, они наткнулись на дохлую крысу, лежавшую недалеко от входа в подвал. Они её попинали ногами и обсудили, чего она это здесь валяется. Сдохла крыса недавно. Ни тление, ни бездомные собаки ещё не тронули её труп.
– Слушай, Пикасо, а давай её Ире в огород подбросим. А? – радостно высказал Женя пришедшую в голову мысль.
По правде говоря, эта Ира во дворе уже всех достала и поэтому напакостничать ей было самым милым делом.
– Давай! – загорелся Кирилл.
Правда, брать дохлую крысу голыми руками как-то не хотелось. Они нашли неподалёку кусок бумажки, брезгливо морщась, взяли крысу за хвост и понесли к Ириному огороду. Крыса оказалась тяжелой и два раза выскальзывала из рук. Осторожно выглядывая из-за дерева, они подождали, пока Ира с подругами закончат работу и пойдут домой. Наконец, это произошло, и Женя, держа за хвост крысу, пошел к её участку. Кирилл – за ним. Не доходя несколько шагов, Женя размахнулся и бросил эту противную дохлую тварь на чистенький, вскопанный и аккуратно выровненный грабельками Ирин огород. Когда крыса шлёпнулась на землю, оба ощутили приятное чувство удовлетворения от проделанной пакости.
Но в ту же секунду это чувство сменилось ужасом от того, что они увидели, как вроде бы ушедшая с подругами Ира, на самом деле далеко не ушла, и зачем-то возвращаясь на огород, прекрасно видела и Кирилла, и Женю, и живописный полет дохлой крысы. Выражение её лица не оставляло никаких надежд на помилование.
– Капец, – разом обречённо констатировали Кирилл с Женей и бросились наутёк.
Погоня была отчаянной. Они как-то не додумались разбежаться в разные стороны, и четыре старшие девчонки с криком гоняли их по двору.
– Окружай! Окружай! – командовала Ира. – Леся, туда! Быстрее! Катя! Ты с той стороны! Давай!
Неподалёку от их дома, начиная от стройплощадки, вырыли длинную и глубокую траншею для коммуникаций. Вдоль неё тянулись громадные кучи песка, кое-где стояли бетонные коробки с отверстиями для люков наверху. Лежало несколько больших труб. Всё это хозяйство ожидало установки на свои места.
Кирилл с Женей бежали вверху вдоль траншеи, надеясь потом, несмотря на головокружительную высоту, спрыгнуть вниз и уйти от погони. Кирилл бежал впереди, но споткнулся о торчащую арматуру и упал. Женя вырвался вперед и когда он оббегал кучу песка, то на мгновение пропал из поля зрения Иры, бежавшей за ними. Этого мгновения ему хватило, чтобы незаметно впрыгнуть в люк бетонной коробки и спрятаться там. Кирилл из-за падения этого сделать не успел. Он подбежал к обрыву и на секунду остановился, испугавшись высоты. Ира была уже рядом и даже вытянула руку, чтобы схватить его. Он зачем-то набрал в легкие побольше воздуха и прыгнул.
Приземлился он удачно, но Ира разгадала этот нехитрый детский манёвр. Внизу, с обеих сторон траншеи, к нему уже бежали Ирины подруги. Они схватили его и потащили наверх к торжествующей Ире.