Хотя одна девочка его всё-таки интересовала. Леночка Махова нет-нет да и представала его мысленному взору. Какая же она красивая, милая, как приятно улыбается, какие симпатичные ямочки на щеках. Кирилл, как ему казалось, вовсе не был в неё влюблен. Он не мечтал, что будет с ней целоваться и всё такое. Просто она ему нравилась и он о ней часто думал. Несмотря на то что она жила уже по соседству, он не пытался с ней увидеться, хотя очень хотел, чтобы его опять пригласили к ней на день рождения.
Желание его исполнилось. Булатовы потихоньку вошли у Маховых в число обязательных гостей на важные семейные праздники, как правило, дни рождения. В тот год, когда Кириллу исполнилось девять, а Леночке исполнялось двенадцать, он уже сам подошёл к дяде Лёне и продемонстрировал ту самую тетрадку, завести которую ему рекомендовали год назад. Дядя Лёня подивился такой исполнительности и внимательно прочитал пару страниц.
– Знаешь, Кирилл Алексеевич, а ты молодец.
Кирилл впервые слышал, чтобы его называли по имени отчеству. Он улыбнулся от неловкости и удовольствия.
Дядя Лёня продолжал:
– Только ты записывай немного не так. Ты, вот, просто переписываешь из рассказа некоторые предложения. Что-то из начала, из середины, что-то из конца. А ты попробуй обобщить.
Кирилл смотрел на него, не понимая.
– Ну, как тебе объяснить? – замялся он. – Ну, вот представь себе… вот, к примеру, сказка про колобка. Попробуй мне её сейчас рассказать покороче, без подробностей.
Кирилл задумался:
– Ну-у… колобок… ушёл от бабушки с дедушкой… – он замолчал.
– И…
– И попался зайцу, волку, медведю…
– И что?
– Они хотели его съесть, а он от них убегал.
– А дальше?
– А! Его лиса обхитрила и съела.
– Вот! – обрадовался дядя Лёня, – вот это и есть обобщение. Понял?
Кирилл кивнул головой.
– Только ты обязательно должен ещё сделать вывод.
Кирилл опять не понял.
– Ну, чему учит нас произведение, что хотел сказать автор. Главная мысль.
Дядя Лёня был конструктор, а не педагог и ему было сложно говорить на уровне ребёнка.
– Вот из сказки про колобка чему ты научился?
Кирилл на минуту задумался и выдал:
– Надо быть хитрее лисы.
Дядя Лёня удивлённо вскинул брови. Вообще-то, эта сказка должна учить детей, что нельзя уходить из дому и что надо слушаться родителей.
– Ну ладно, – сказал он. – Иди к ребятам.
Придя домой после Леночкиного дня рождения, Кирилл стал выспрашивать у папы, кем работает дядя Лёня.
– Он работает конструктором.
– А что он делает?
– Он изобретает всякие детали, приспособления. А я потом всё это вытачиваю на станках, собираю, скручиваю.
– А что надо делать, чтобы стать конструктором?
– Хорошо учиться в школе, – засмеялась мама.
– А ещё? – Кирилл чувствовал, что этого, наверное, мало.
– А ещё, нужно… нужно… – папа задумался и почесал затылок. Он не знал, что сказать и решил сформулировать просто, иными словами «съехать». – Нужно слушаться маму с папой.
Да, не на такой содержательный ответ рассчитывал Кирилл.
* * *
После второго класса, летом, Кирилл отдыхал и в лагере, и на море. Правда, на море уже ездил по путевке от маминой работы, под Туапсе. В пионерлагере заметил, что действительно старшие ребята пытаются вроде бы невзначай приобнять девочек. А один раз случайно увидел, как одна парочка целовалась за спальным корпусом. Да, всё было именно так, как рассказывали гости у Леночки. И воодушевлённый увиденным примером, он решил и сам попробовать. Какое-то время выбирал, на ком бы поэкспериментировать. Остановился на Люде из третьего отряда. Она была на год старше, но поскольку второй, то есть Кириллов, и третий отряды размещались на одном этаже в спальном корпусе, то они все общались между собой. Люда была такая себе росленькая, бойкая девчушка. Красотой не блистала, но для первого раза вполне годилась. В лагерь она приехала, вроде бы, из какого-то села.
Кирилл долго думал, как бы это всё устроить, и вот, как-то раз, когда она сидела одна на скамейке под деревом, а кругом, вроде никого не было, он сел рядом и стал показывать ей свои рисунки в альбоме. В пионерлагере был кружок рисования, который посещали они оба, так что Люда в этом ничего недолжного не заподозрила. Пока она перелистывала страницы и с интересом рассматривала рисунки, он подсел к ней вплотную и, с замиранием сердца, обнял её за плечо. В ту же секунду она вскочила как ужаленная и отвесила ему такую звонкую оплеуху, что у него на несколько лет вперед пропало всякое желание экспериментировать в этом плане.