И вот он в Москве. Они остановились у каких-то папиных старых знакомых, и целую неделю ходили по городу, площадям, музеям и выставкам. Особенно запомнилось посещение музея Великой Отечественной Войны на Поклонной горе, ВДНХ[10] и мавзолея Ленина. Третьяковская галерея тоже была хороша, но Кирилл там откровенно устал.
Чтобы попасть в мавзолей, надо было встать рано утром и успеть на первый поезд метро. Желающих попасть в это «святая святых» советского государства собирали у кремлёвской стены в Александровском саду и длинной вереницей направляли к мавзолею. Советские люди молчаливо и торжественно шли на поклон к человеку, сделавшему их «счастливей всех на свете». Об этом постоянно напоминала всем сначала школа, потом комсомол, КПСС[11] и профсоюзная организация.
Одной из главных достопримечательностей мавзолея, может быть даже более достопримечательная, чем сам мавзолей, была смена караула. Под бой курантов караул выходил из Спасской башни и направлялся ко входу в мавзолей, делая при этом точно определённое количество шагов. Подойдя, разводящий менял караул и, проделав четкие отточенные движения, новая смена заступала на свой пост хранить покой Ильича.
Внутри мавзолея было мрачно и неуютно. На стенах неярко горели светильники. Очередь медленно двигалась вокруг мертвого вождя. Ильич лежал под стеклянным колпаком, холодный и страшный. Несмотря на все рассказы о том, какой дедушка Ленин был хороший и добрый, чувствовалось что-то зловещее. Сердце у Кирилла съёжилось и ему захотелось скорее выйти на свет Божий.
После мавзолея, перекусили в ГУМе[12] и поехали в Новодевичий монастырь. В то время там была часть исторического музея и два действующих храма. Однако главной целью было Новодевичье кладбище. Революционеры и писатели, артисты и учёные… Перед каждой могилой можно было стоять и долго рассказывать про лежащего в ней человека. Кирилл нашёл многих известных ему писателей: Агнию Барто, Чехова, Маяковского, Маршака, Твардовскогой и других.
В монастыре, может быть по контрасту с мавзолеем, было как-то хорошо. Светло, свободно. Воздух приятный. Спокойно так. И уходить совсем не хотелось.
Музей Великой Отечественной Войны Кирилла потряс. Столько всего… Танки, пушки, самолёты! Всего так много и всё такое огромное! Аж дух захватывало. По приезде домой воодушевленный музеем Кирилл перечитал все книги про войну, какие нашел в доме, затем взялся за библиотеку дяди Лёни. Тот давал ему в основном художественную литературу о войне, хотя показывал и исторические книги. Самое большое впечатление на него произвела книга Д.Медведева «Сильные духом». Он перечитал её раза три, восторгаясь мужеством советских партизан и разведчиков. Да, какие были люди…
Увлечение историей Великой Отечественной длилось года три. В результате Кирилл знал все её главные события, фамилии всех маршалов и генералов (как советских, так и немцев), все виды боевой техники с обеих сторон, количество потерь и причины побед и поражений, как это тогда преподносила советская историческая наука. На всю жизнь запомнилось: «Отечественная война – это святое».
* * *
В четвёртом классе Кирилла назначили на высокую должность политинформатора. Политинформация проводилась по вторникам за двадцать минут до начала первого урока (в связи с чем на неё часто опаздывали). Он был обязан не только читать газеты, в том числе и взрослые, но и смотреть накануне программу «Время» по телевизору, в специальную тетрадку выписывать основные политические события и рассказывать обо всём этом в классе. Ему это нравилось.
Вместо лёгкой атлетики он стал заниматься баскетболом. Также участвовал в КВН[13]. Ему понравилось, да и кое-какие артистические способности, вроде бы, обнаружились.
Как-то раз в «Пионерской правде» он вычитал призыв ко всему прогрессивному человечеству помочь освободить из застенков американской тюрьмы Леонарда Пэлтиера. К статье, обличающей продажное американское правосудие, прилагался бланк, который надо было заполнить подписями возмущённых несправедливостью советских людей и отослать в редакцию «Пионерской правды». Газета утверждала, что эти подписи потом будут отправлены президенту США, с требованием освободить невинного борца с притеснением коренного народа Америки.