Булатов и одет был скромнее, и цветы в руке держал самые обычные – розовые гвоздики. Но букетов было два. Один он, со словами: «Поздравляю с днем рождения! Желаю счастья в личной жизни! Пух!»[20] – протянул Свете, а на её вопросительный взгляд по поводу второго попросил:
– Маму позови, пожалуйста.
– Мам, – крикнула в сторону кухни удивлённая Света.
Мама вышла в переднике, вытирая о него мокрые руки:
– Что, Светочка? – она была занята приготовлением угощений и спешила вернуться обратно.
Света указала глазами на Кирилла.
– Надежда Григорьевна (имя мамы он также вычитал в классном журнале). Поздравляю вас с днём рождения дочки, – Кирилл протянул ей второй букет.
– Ой! – она всплеснула руками, и её лицо озарила широкая улыбка. – Спасибо! – от неожиданности она даже зачем-то понюхала гвоздики, которые ничем не пахнут, тем более зимой. – Ой. Так приятно… Вы проходите, проходите в комнату… Светочка…
Света тоже была очень довольна знаком внимания, оказанным маме. Она повела Кирилла в большую комнату, где был накрыт стол и где находились уже пришедшие гости. Здороваться с ними нужды не было, так как они уже виделись в школе. В гостях у Демидовой Кирилл ещё ни разу не был. Он огляделся, и его взгляд упал на роскошные розы, подаренные Портновским.
«Блин», – подумал он с досады.
Однако он не вручил ещё второй подарок.
– Света, можно тебя на минутку?
– Что? – Света шла с вазой на кухню, чтобы набрать воды для его цветов.
– У меня вот тут, для тебя ещё один подарок есть. Я бы хотел… так… ну, не при всех, – как истинный художник он переживал, что портрет не произведет должного впечатления.
– Сейчас, – Света сбегала за водой, поставила вазу и потянула его в свою комнату, где никого не было.
Кирилл, смущаясь, достал из большого конверта её портрет.
– Ой! – растаяла Света. Она взяла портрет в руки и стала его с восторгом рассматривать. – Класс! Спасибо. А кто его нарисовал?
– Я, – скромно сказал Кирилл, сгорая от удовольствия.
– Ты-ы? – она, конечно, уже успела заметить, что Кирилл хорошо рисует, но чтобы до такой степени…
Тут в неплотно прикрытую дверь сунулась физиономия кого-то из ребят.
– Так, не подсматривать, – сказала строго Света и захлопнула дверь.
– Спасибо, – повторила она и поцеловала Кирилла в щеку. Немного дольше, чем перед этим Портновского.
Но её сердце не ёкнуло, ни тогда, ни сейчас.
День рождения прошёл по стандарту: застолье, на котором родители выставили одну на всех бутылку шампанского, музыка с танцами, потом сладкий стол, опять танцы и постепенный расход всех по домам.
Когда Света осталась одна, она то любовалась своим портретом, то принималась читать «Анжелику». Она была довольна и почти счастлива.
* * *
После дня рождения началась подготовка к Новому году. В тринадцать-четырнадцать лет многие уже стали тяготиться традицией встречать Новый год в кругу семьи, и планировали это сделать с друзьями и одноклассниками. В их классе образовалось сразу два центра притяжения. Приглашали к себе на Новый год Андрей Портновский и Рома Савин, живший в Кирилловом доме через подъезд. Оба упросили родителей уйти куда-нибудь к знакомым и не мешать своим подросшим чадам весело проводить время. Оба приглашали к себе всех одноклассников вообще, но подразумевалось, что Булатов, как противник Портновского, к нему не придёт. Народ в классе разделился примерно поровну. Интрига завязалась вокруг Светы Демидовой. Портновский, собственно, для неё всё это и затевал, а Кирилл, конечно же, прилагал все усилия, чтобы затащить её к Савину. Он даже подговорил некоторых Светиных подружек, чтобы они помогли ей сделать правильный выбор.
А выбрать Света всё никак не могла. Она понимала, что выбирает не к кому пойдёт встречать Новый год, а с кем, может быть, будет встречаться в дальнейшем. Поскольку сердце ей ничего не подсказывало, она, в основном, размышляла и сравнивала.
Кирилл ей нравился больше. Он был какой-то такой… более интеллигентный, что ли. Такой себе утончённый, начитанный, да и рисует хорошо. С другой стороны, Андрей был больше похож на её папу, такой же высокий, широкий в плечах. И лицо такое… мужественное.
В конце концов, она решила пойти к Савину, но требовалось ещё что-то такое, чтобы убедило её окончательно в правильности выбора. Вскоре случай представился.
В последнюю неделю перед Новым годом и зимними каникулами 7-Б последний раз пошёл на физкультуру в бассейн. Сдавали зачёт: надо было проплыть на время, девочкам – двадцать пять метров, мальчикам – пятьдесят. А после этого, наконец-то, физрук разрешил пойти и попрыгать с вышки. Первыми зачёт сдавали девочки. Они проплыли и пошли на вышку. Потом мальчики. Кирилл приплыл одним из первых. Когда он финишировал и вылез на бортик, его тронули за плечо: