— Я не позволю, чтобы он узнал, — произнесла Тесса, глядя в зеркало, где отражались маленький курносый нос и высокие скулы, которые природа не сотворила так изящно, как у ее сестры. Она не видела красивых глаз, светящихся нежностью и состраданием; не замечала свежих пухлых губ, ни на минуту не допуская, что они могут быть такими же желанными, как у Люсинды. — Нет, я никогда не позволю этому специалисту даже посмотреть на него. Я не хочу потерять мужа — нет! — Тесса вертелась и металась в постели, вставала и снова ложилась. В голове была неразбериха, потому что сознание боролось с сердцем. — Он мой… почему я должна согласиться на то, чтобы потерять его? Зачем Джо приехал сюда и нарушил нашу жизнь? Пусть занимается своими делами! Долг! Он даже не его родственник — только друг. Какое он имеет право говорить о долге? Это я, жена Пола, должна принимать решения! — Да, только она имеет право решать. Право решать… Тесса ходила взад и вперед по комнате и вдруг обернулась. Вошел Пол. Он был в халате поверх пижамы, и его черные волосы живописно падали на лоб.
— Ты чем-то взволнована? — спросил он, приближаясь к ней. — Я слышал, как ты ходишь уже более часа. Ты плохо себя чувствуешь?
— Нет, я просто не могу заснуть. Может быть, это вино. Ты же знаешь, мы с ним плохо совместимы.
— Пойди сюда. — Тесса подошла, и он обнял ее. Куда девались грубые объятия, к которым она уже привыкла? И его пальцы не вонзались железной хваткой в ее талию.
— Ты думаешь, вино? — Пол поцеловал ее, и она поняла, в чем дело.
— Ты снова играешь со мной? — Тесса подняла свои чудесные глаза и посмотрела ему в лицо. — Умоляю тебя — не надо. Не сейчас!..
— Почему не сейчас? — Голос холодный и отрывистый, но со странной интонацией. — Я буду играть с тобой, когда хочу.
Она покорно стояла и только жалобно произнесла:
— Я очень устала, Пол!..
Он дотронулся до ее шеи, потом до подбородка. Его пальцы легко двигались по лицу, проводя линию от бровей до губ. Рот был напряжен и казался серым в уголках. Он потрогал ее нос, курносый маленький носик, столь непохожий на нос Люсинды. Тесса затаила дыхание. Пол делал это много раз прежде, но как-то механически, без всякого интереса. Сейчас он, казалось, был сосредоточен на этом занятии. Его глубокий вздох не сказал ей ничего. Застывшие губы и резкие складки вокруг рта отличались от того, что она видела раньше. Он резко оттолкнул жену от себя.
— Ты говоришь, устала? — Пол произнес это так тихо, что она еле его слышала, но что-то в его тоне вызывало покалывание вдоль всего позвоночника. — Тогда ложись в постель и постарайся заснуть. — Он постоял немного, как будто в нерешительности, и затем оставил ее, вернувшись в свою комнату. Щелкнула задвижка, нарушив тишину… и Тесса почувствовала, что барьер между ними стал еще выше; и еще сильнее стало безнадежное ощущение, что она навсегда выброшена из его жизни.
Глава VIII
В половине пятого утра Тесса уже проснулась и подошла Ж окну спальни, глядя на горы. Над вершинами клубился туман, небо хмурилось. Унылая картина была под стать ее состоянию, и она долго стояла, разглядывая размытый пейзаж, наполовину скрытый туманом: Солнце всходило, но в небе еще не появился золотой блеск. Жемчужный диск поднимался так быстро, что это было заметно, посылая сквозь ветви деревьев косые лучи тусклого света. Скоро облака и туман исчезнут; жемчужные лучи станут золотыми, солнце поднимется высоко в небе, и природа заиграет яркими красками. Но сейчас она соответствовала ее мрачному настроению, и Тесса отошла от окна, как бы не желая быть свидетелем совершающегося сверкающего чуда. Взяв с кровати халат, она надела его и вышла в коридор. Дверь в комнату Пола была слегка приоткрыта, и она услышала его ровное дыхание. Почему он решил спать один? Пожалуй, это началось с эпизода со змеей, размышляла Тесса, стараясь припомнить все, что могло бы пролить свет на причины такой перемены. До того она была «его женщиной», как называют на Кипре жену; он получал от нее то, что желал, и хотя взамен не давал ни любви, ни нежности, Тесса ощущала свою близость к нему. Ведь она сама отдавала много. В этом выражались вся любовь, которую испытывала Тесса к мужу, и нежное сострадание, переполнившее ее сердце. Да, она была близка ему, и эта близость сохраняла живой ее надежду. Но теперь…
Отойдя от двери, она пошла дальше по коридору, чтобы принять душ, но голова ее была занята необъяснимой переменой, произошедшей с мужем. В последние дни он держался очень холодно и с Джо. Это тоже было непонятно, и Тесса ничего не смогла ответить, когда Джо спросил ее о возможной причине такого поведения.