— Что?! — расхохотался Пит. — Ты мямля, только говорить и умеешь! Не понял, что ли, как закончить весь этот кошмар?! Элисон вселилась в Корт — значит, надо убить Корт! Так она не сможет действовать через неё! Тело испорчено!
Джеф ошарашенно молчал, а я прислушивалась к себе. Точнее, к Корт. Нож вошёл в её грудь рядом с сердцем, но не в сердце. Может, есть ещё шанс?
Попробую. Должна же я сделать хоть что-нибудь хорошее?
— Гениальная идея, — фыркнула я, устраиваясь на стуле поудобнее. — Но увы, она не совсем рабочая, Пит. Да, Корт произнесла нужные слова, но вы все участвовали в ритуале. Поэтому я могу вселиться в любого из вас. И кстати… мне совершенно не нужны ножи, чтобы убивать.
Пит вздрогнул, хватаясь за сердце — он явно ощутил мою ледяную руку, которой я сжала этот совершенно не нужный ему орган.
— Чувствуешь? — промурлыкала я уже голосом Гейл, и Джеф, стоящий до этого рядом с ней, отпрыгнул в сторону. — Вот так я совсем чуть-чуть сжимаю…
Пит застонал.
— А так — сильнее…
Он вскрикнул.
— Что же ты не просишь пощады? Что не умоляешь меня? Вдруг я сжалюсь и пожалею тебя?
— Пошла ты, Элисон, — прошипел Пит, и я сжала руку изо всех сил.
Он открыл рот, хватая ртом воздух — и секундой спустя упал на пол.
Милосердная смерть. У меня была совсем другая.
— Мне жаль Корт, — вдруг сказал Джеф. На меня — точнее, на Гейл, — он не смотрел. — Ты сказала правду — она ни при чём. И обидно, что она оказалась вмешана в наши… разборки. Её родители будут переживать.
Я знала это не хуже Джефа, даже лучше. В конце концов, последние несколько месяцев я жила вместе с семьёй Корт. Пусть они меня и не видели.
— Мой отец тоже очень переживал.
— Я помню, — Джеф сжал кулаки. — Он высох буквально за неделю. И поседел. А потом… — Джеф запнулся, и я продолжила за него:
— Мой отец повесился через месяц после моей смерти. Но перед этим он сделал эту доску. Вложил в ящик внутри неё инструкцию, как вызвать «пиковую даму», и спрятал доску на чердаке. Только недавно её нашла Корт.
— Я не понимаю, Элисон… Как он узнал про этот ритуал?
— Никак, — я улыбнулась. — Мой отец был мечтателем, Джеф. Он постоянно придумывал какие-нибудь штучки. Ловец снов, который притягивает только хорошие сны, снежный шар, который вызывает снег… Спиритическая доска — это просто одно из его творений. Дело не в моём отце, а в Корт.
— Корт? При чём тут Корт?
Как объяснить?..
— Она просто верила. Верила в то, что у неё получится вызвать эту самую «пиковую даму». А вера — это самое сильное волшебство на свете. Сильнее не бывает, Джеф.
Он помолчал несколько секунд, словно собираясь с мыслями. И заодно оглядел всех мертвецов в этой комнате.
Я думала, ему страшно. Но когда Джеф вновь посмотрел на меня, страха в его глазах я не увидела.
— Я не буду просить прощения, Элис. Знаешь, почему? То, что мы сделали — это непростительно.
Я не стала кивать. В конце концов, это очевидно…
Начала всё Тиффани. Мы с ней дружили с детства, но как только попали в институт, Тиффани стала отдаляться. Примкнула к «Ориону», начала встречаться с Джефом, в которого я тоже была влюблена. И в конце концов это именно она предложила мне тоже вступить в «Орион»… вот только Тиффани, кажется, на самом деле не хотела, чтобы я попала в клуб. Она надеялась, что я откажусь от заведомо провального, рискованного задания.
Мне нужно было пройти по перилам открытого моста Броудс — хотя бы пару шагов, но пройти, не свалившись в обрыв. На что я надеялась? Конечно, я не удержалась и упала вниз, на камни.
Но если бы на этом всё закончилось, я сказала бы — бог с вами, ребята, я сама виновата. Вот только эти шестеро — Джеф, Пит, Майк, Гейл, Эбби и Тиффани — побоялись, что их накажут, и решили скрыть ото всех, что они тоже были на мосту. Не стали вызывать полицию и скорую помощь, а просто убежали.
И моему отцу… моему отцу сказали, что, скорее всего, это было самоубийство.
— Знаешь, а ведь я умерла не сразу. Я лежала там, на камнях, пару часов, сгорая от боли.
— Думаешь, ты могла бы спастись, если бы мы…
— Нет, — я покачала головой. — Конечно, нет. Просто у меня не было бы ощущения, что это именно вы меня убили. Сначала — своим заданием, потом — своим бездействием и молчанием.