Пушкари, находящиеся сразу за рядами всадников, даже не испугались. Стрелы только и того, что простучали по большим пехотным щитам, надежно укрывшим людей. Передки с лошадьми и ездовыми находились далеко позади, так что и вовсе не попали под обстрел.
Противник все ближе. Наконец прозвучал приказ пропустить пушки. Сигналы такие не отрабатывались, а потому отдавался и дублировался он исключительно голосом. Андрей никогда не проделывал этот прием в седле, но по здравому рассуждению решил, что разница не велика. Сзади стоящий легонько толкнул его наконечником копья в спину прикрытую доспехом.
— Вправо прими, — послышалось сзади.
— Влево прими, — произнесли обращаясь к другому.
Возникла некоторая сумятица, но ряды все же расступились, пропуская вперед орудия.
— Не смыкайтесь, — предупредил всадников командир расчета, не забывая понукать своих подчиненных.
Половцы были уже метрах в семидесяти, когда грохнул орудийный залп. Первые ряды кочевников буквально смяло. Накатывающая волна всадников словно запнулась о волнорез. Все это сопровождалось такой какофонией, что уши закладывало едва ли не сильнее, чем от пушечной пальбы.
Орудия откатились за первые ряды всадников. И тут же дедки засвистали сигнал атаки. После выстрела Андрей едва совладал с испугавшимся конем. А потом пнул его пятками, посылая вперед, и одновременно с этим отворачивая чуть влево освобождая место, для оказавшегося позади товарища.
Сотни ринулись вперед, восстанавливая строй уже на ходу. Греков прикрывшись щитом, в котором торчало две стрелы, навел наконечник своего копья на выбранного воина.
Кочевники не успели справиться с сумятицей, вызванной залпом. Удар пограничников был страшен. Они вошли в массу кочевников, как нож в масло. Низкорослые степные лошадки опрокидывались от столкновения с более массивными арабами. Русичи ничуть не уступали своим лошадям, безжалостно наседая на кочевников.
Андрей пронзил одного противника, и оставив в нем свое копье, рванул из ножен изогнутый меч. Отточенный клинок описав короткую сверкнувшую сталью дугу, обрушился на другого. Тот не успел прикрыться, и хотя доспех не позволил развалить его надвое, ему это не помогло. Половец замертво рухнул на истоптанную землю.
С третьим так споро не вышло. Пришлось скрестить клинки. Они начали кружить на месте. Андрей походя приложился щитом по шлему подвернувшегося под руку половца. Тот отвлекся всего-то на секунду, но пограничнику этого хватило, чтобы вогнать меч в его грудь. Сам Греков не успел добраться до своего противника. Случившийся у того за спиной Тоха рубанул его не раздумывая. Так их учили. Благородство хорошо в поединке. На поле боя, есть только одно правило. Убить врага любым доступным способом.
На пару с Антоном они успели свалить еще одного кочевника, когда вдруг осознали, что те бросились бежать. Не сговариваясь они пришпорили коней и погнались за удирающими. Конь Андрея без труда настиг первого беглеца. Короткий взмах мечом, и половец нелепо взмахнув руками опрокинулся на круп лошади. Чуть наподдать и вот спина еще одного. Удар! И этот готов!
Еще несколько ударов сердца и он настигнет третьего. Самая малость. Совсем немного. Кровь бурлит в жилах адским варевом. Все существо переполнено лишь одним желанием. Убить. Убить еще одного. А потом снова. Сквозь мутную пелену заполнившую сознание, до него донесся приглушенный свист. Какой-то знакомый перелив.
Он еще толком не осознал, что происходит. Мысленно Греков все еще гнался за своей добычей и рубил мечом. Но тело сработало на привычных рефлексах. Рука потянула повод, останавливая разгоряченного коня. И только когда он наконец прекратил бег пританцовывая на месте, Андрей до конца осознал, что произошло. И такая его взяла обида. Ведь до очередного половца было так близко.
Разочарованно сплюнув, он развернул коня и поскакал к месту сбора. Нужно было отыскать своего полусотника. Прошелся взглядом в поисках пики со знакомым флажком. Не видать. Похоже та осталась в теле кочевника. Приметив тело пронзенное копьем, Андрей приблизился к нему и выдернул оружие. Ясное дело не его. Но ты поди еще найди свое. А наличие копья, как ни крути, куда лучше его отсутствия.
Ну и не забывал посматривать по сторонам, в поисках раненых товарищей. Павших хоронить будут потом. Если поле боя останется за ними. А вот раненых нужно вывезти всех до единого. Таков неизменный обычай пограничников…