— Так и есть. Вот теперь бьюсь над этой проблемой. Посидеть бы вместе, подумать, — с надеждой взглянул на него механик.
Успел проникнуться способностями Романова. Не сказать, что он так-то уж серьезно разбирается в механике. Но однозначно имеет нестандартный для местных умельцев подход. И многое из того, что уже создано Леонидом, получило толчок от Михаила.
— Михаил Федорович, переговорить бы, — ввалился в дом запыхавшийся Борис.
Коль скоро сам главный безопасник бегает как мальчишка, то и впрямь случилось что-то серьезное. Романов попрощался с Леонидом и его семейством. Прогрессорство это конечно замечательно. Но к великому его сожалению, далеко не главное.
— Извини, Леонид. Но боюсь, что пока тебе придется заниматься этой проблемой в одиночестве.
— Я п-понимаю.
Похоже бегающий и взволнованный безопасник вызвал у него обеспокоенность. Ну с чего бы ему так бегать-то. Ясное дело, беда. Знать бы только насколько она затронет самого механика и его близких. Хотелось бы надеяться, что это вызвано все же не тем, что враг подступился к Пограничному.
— Ну и что за срочность? — когда они оказались на улице, поинтересовался Михаил.
— Шарукан выдвинулся с войском усмирять Кучуккана, — ступая по тротуару выстланному досками, ответил Борис.
Улицы города конечно отсыпаны гравием. Но эта мера спасает от непролазной грязи, а не от слякоти. Поэтому пешеходные дорожки были деревянными. Пока. В перспективе конечно тротуарная плитка, благо изготовление цемента уже поставлено на поток.
И кстати, двор его усадьбы ею уже выложен. Нужно же на чем-то учиться. В Европе и Константинополе пользуют брусчатку. Михаил решил пойти другим путем. Конечно материал не столь долговечный как камень. Зато в разы проще, серьезно экономит время и трудозатраты.
— Он не торопится? — посмотрев на Бориса внимательным взглядом, поинтересовался Михаил.
— У него нет выбора. Весть о непокорности Кучуккана разнеслась как степной пожар. Теперь либо он будет действовать быстро. Либо, это ударит по его авторитету. А нам все к лучшему. Дружина и ополчение все еще помнят вкус недавних побед и полны решимости. Им прямо не терпится в третий раз за лето надрать половцам зад.
— Твои парни отслеживают войско Шарукана? Мне бы не хотелось неожиданностей.
— Неожиданностей не будет. Особая сотня ведет его плотно.
— Значит, будем выступать.
К моменту когда они добрались до зала заседания Малого совета, все его члены уже находились там. Борис постарался. Тем лучше. Времени у них нет. Конное войско способно преодолевать за день сотню километров. А если одвуконь, так и все полторы. И даже Славутич им не препятствие. Переберутся вплавь, держась за своих лошадей.
Впрочем, выматывать перед битвой лошадей и людей, Шарукан не станет. Не дурак же он в самом-то деле. Так что, трое суток у них есть. Учитывая же тот факт, что пехота пограничников к месту схватки передвигается верхом, до стойбища Михаил доберется уже через сутки. Кстати, благодаря лошадям унести с собой получается многое.
— А если половцы навалятся на Пограничный, пока мы будем искать их в далекой степи? — усомнился Арсений.
— Ничего страшного не случится. Сегодня все три заставы в каменных стенах. Немой в стороне, и до него без кораблей не добраться. Так что, пока станут возиться, а там и мы подоспеем. Только тогда уж степняки окажутся меж молотом и наковальней. А потому не станут они подступать к граду. Сразу пойдут на Кучуккана, и постараются разбить нас в чистом поле. На этот раз нам рассчитывать на помощь князя не приходится. Помощь попросту не успеет.
— Кто останется в граде, — поинтересовался о насущном Бобров.
Некогда он был простым ратником в дружине князя Романа, преданного и убитого половцами. Помнится отбрыкивался не желая брать под начало десяток. Потом не меньше кочевряжился с назначением на должность сотника. Вот только командиром он оказался, что говорится от бога. А потому и карьера его шла споро. Ну и сам вошел во вкус. На сегодняшний день был третьим полковником Пограничного. Только к чинам и званиями он особо не тянулся. Зато расстраивался, когда добрая драка обходила его строной.
— Что, Игорь, желаешь в дело? — с прищуром поинтересовался Михаил.
— Закис я уже за стенами, — с недовольной миной, ответил тот.
— Готовься. Теперь поход полк ополчения поведешь ты. Только в этот раз сгребаем горожан частой гребенкой. С нами уйдет восемь сотен. Из мужиков останутся только мастера своего дела.