А тут еще и особисты начали кружить. Подскочит сотня на дистанцию выстрела, пустит несколько стрел и на ход. Степные лошадки очень скоро оставались далеко позади. Пара сотен слишком уж увлекшихся преследователей обратно так и не вернулась.
Наконец Шарукан не выдержал и приказал атаковать, выставив в качестве тарана свою латную конницу. Ну что сказать. Зря он это сделал. Прикрывшись щитами, часть ополченцев выдвинулась вперед и начала вгонять в землю небольшие древки с наконечниками на обеих концах. Попади на такой гостинец копыто лошади и ей можно только посочувствовать. К тому же в ход пошли увязанные в рогатки запасные копья.
Словом, когда живой таран приблизился к строю ощетинившемуся копьями, получилась сначала заминка, а потом всадники и вовсе завязли. Ополченцы кололи их копьями, расстреливали из арбалетов. Вновь ударили картечью пушки. Правда на этот раз не столь эффективно, как против легкой конницы.
Довершили дело объединившиеся и ударившие в тыл конный полк и печенеги. Последние сражались с отчаянной решимость, что говорится не щадя живота своего. Еще бы. Они-то уж точно знали за что сражаются.
Наконец шаруканиды дрогнули и побежали. Ошибочка, когда за тобой гонится противник на быстроногих лошадях. Это разгром. Михаи не взялся бы предсказывать, какие именно понесут потери половцы. Но что-то ему подсказывало, спастись сумеет едва ли треть. Даже если Шарукан сумеет спастись, сомнительно, что он останется великим ханом.
Впрочем, ели он выживет это ненадолго. Столь упорный и непримиримый враг, и во главе одной орды или даже куреня доставит массу проблем. Без него воздух в степи станет однозначно чище.
Глава 13. Реформам быть
— Э-эх, хорошо! — сладко потянувшись произнес Мономах.
Переглянулся с Михаилом и пошел с высокого каменного крыльца. Тот последовал за ним, быстро нагнав и идя вровень. Князь прибыл с малой дружиной прошлым вечером, когда уже стемнело. За какой такой надобностью пока непонятно. Романов не спешил с расспросами, а тот не торопился с объяснениями. Вот и играли роли, один гостя, другой радушного хозяина.
Правда, Михаил и не подумал забывать о своей подруге паранойе. Борис разводил руками, мол знать не знаю, что за напасть. Вроде не было тревожных вестей. Мономах гостил у своего младшего брата в Переяславле. А потом ни с того ни с сего вдруг прибыл в Пограничный. Кроется ли что за этим или нет, решительно непонятно.
Поэтому было принято решение держать дружину в готовности. На всякий непредвиденный. А о мало ли, подступится кто к стенам, а внутри Мономах с сотней умелых воев. Вскроют еще ненароком город изнутри.
— А ить я решил у себя двор так же вымостить, — топнув ногой указывая на тротуарную плитку произнес князь. — Только у моих горе мастеров все вкривь да вкось.
— Так отчего же не прислал. Глядишь подучили бы, — предложил Михаил.
— Не все же к тебе за наукой бегать, — отмахнулся Владимир. — Поди порой достанет и просто взглянуть, на какую идею, а там уж и повторить.
— То решать тебе, князь.
— Вот я и решил. Ничего помучаются, да научатся. Такая наука, поди куда лучше до рук дойдет. А уж если за нерадивость спросить, так и вовсе ладно получится.
За разговорами они пересекли двор и вышли на улицу детинца. Здесь снег никто не счищал, поэтому он тут же захрустел под ногами. Шли не по дороге, а держась тротуара. Незачем мешать движению.
— Слышал я, ты прошлым летом измыслил какую-то машину, что теперь будешь возит уголь большими ладьями.
— Баржами, князь.
— Что за баржи такие?
— Плоскодонное вместительное судно, как раз под уголь, чтобы грузить как можно больше. Цепляется к ладье и она тащит ее за собой. Людей потребно столько же, а то и меньше, потому как мулы трудятся, а увезти получится куда больше.
— А отчего мулы?
— Так я именно их стараюсь использовать в машинах. Он ведь и сильнее и выносливее лошади будет.
— Зато потомства не дает.
— Это так. Но здоровьем крепче, живет дольше, к корму неприхотлив. Недаром он у ромеев стоит дороже лошади.
— Что же, то тебе виднее.
— Вот будущим летом отправлю первые караваны, и погляжу насколько ладно получается.
— Уголь дело доброе. Мои каменщики нарадоваться на твой цемент не могут. Только жалятся, что мало его получается из-за недостатка угля. Но если его станет больше, то и хорошо станет. Еще кузнецы поговаривают о том, чтобы руду от тебя возить. Глядиш, твои эти баржи к месту выйдут. Помалу-то возить какой прок. А так-то уже все иначе получится.