В настоящий момент дружина и союзная кавалерия стали лагерем, на дневной привал. Причем, данное обстоятельство использовали с двойной выгодой. С одной приготовление обеда и отдых. С другой, обустройство укрепленного лагеря. Сейчас у ополченцев это получается не в пример лучше, чем месяц назад. На все про все уходит не больше получаса. Разве только рвом не окапываются. Но на ночной стоянке непременно.
Горячая еда, дело хорошее. Сухомятка она никуда не уйдет. Так что, если есть возможность нормально поесть, нечего от этого отказываться.
Въезд в лагерь через довольно широкий проем, перекрываемый двумя повозками. Сейчас он открыт, а потому они проехали беспрепятственно. Выстроившиеся в рядок четыре тачанки нашли без труда. Пристроили свою, и Андрей поспешил с докладом.
— Чего так долго? — недовольным тоном, встретил его десятник.
— В мастерских решили сменить сразу все рессоры. Вот и ждали пока их подвезут на подводах. Да потом сама работа, — ответил Греков.
— Понятно. Каша еще горячая, ешьте, пока не тронулись.
На ладье готовят в одном большом котле на всю полусотню, а потом едят из деревянных или керамических мисок. На суше, из-за дефицита воды ситуация иная. Тут кошеварят в одном котле на десяток, откуда дружно и едят. Посуды получается мыть нужно меньше, что только приветствуется.
— Мне бы сначала к воеводе, — проинформировал десятника Андрей. — В степи на разведчиков половецких напоролись. Хорошо хоть заставские подоспели. Не то не вырвались бы. Только и того, что огрызнуться могли.
— Весело там у вас было. Поторопись. Не то, неровен час прикажут выступать.
— Слушаюсь.
Андрей кивнул Антону и поспешил в центр лагеря, к установленному тенту, под которым расположился воевода. Товарищ понимающе подмигнул, и полез в ящик с личными вещами, за рукомойником и мылом. Варят его в Пограничном регулярно, и к чистоте приучают сызмальства. Входит оно и в довольствие призывников, и в вещевом мешке у ополченцев быть обязано. И посуда моется с ним же.
— Дозволь доложить воевода, — представ перед Романовым, обратился Греков.
— Слушаю тебя, Андрей.
— Поломка у нас случилась, отстали от колонны. Когда нагоняли, между Пограничным и Рудной на нас напали половецкие разведчики. Выручили заставские. Двоих взяли в плен. Распросили. Шарукан знает о нашем выходе. Обошел нас и собирается отрезать от Пограничного, чтобы отступить не могли. Сколько он собрал воинов пленники не знали, но сказали, что больше десяти тысяч.
— Все?
— Так точно.
— Можешь идти.
Парень легонько кивнул, изображая поклон и отошел от разложенного походного стола, за которым устроился воевода.
— Боря, как ты думаешь, эти ухари нам не испортили все? — поинтересовался Романов у Кудинова, провожая взглядом своего бывшего оруженосца.
— Нет. Шарукан уверен, что уже отрезал нас от града. Тут главное, чтобы застава выстояла. Ну да, за каменными стенами с ними не так просто сладить. Даже если подведут машины, долбиться придется долго. Так что, оставят пару-тройку сотен, возьмут заставу в осаду, чтобы они им не докучали, на том пока и успокоятся.
— Вообще-то, если помнишь, планы у нас были другие. Не они к нам, а мы к ним должны были пожаловать, — с недовольной миной, произнес Михаил.
— Это так. Но кто же знал, что наши ополченцы так долго будут осваивать эти боевые повозки, — возразил Борис.
— Я должен был знать. Впрочем, неважно. Что сделано, то сделано. Пойдем иным путем. А вот с разведкой половцев нехорошо вышло.
— Ерунда, Михаил Федорович. Этих прибрали, другие ушли.
— Уверен?
— Точно тебе говорю. Так что, если Шарукан пока всего и не знает, то сведения получит очень скоро. Причем, эти разведчики уверены, что их не обнаружили, — убежденно произнес Борис.
— Вестовой. Вызови полковника Ратникова и хана Кучуккана.
— Слушаюсь.
Михаил поднялся и подойдя к рукомойнику. Ничего особенного. Обычный березовый туес. В днище дырка под конус, в которую вставлен деревянный носик, с привязанным на конце камешком, чтобы не всплывал. Все. Вполне рабочая конструкция.
Конечно той герметичности, что у металлического изделия не наблюдается. Но это и не важно. Главное, что со своей функцией справляется. Такие входят в комплектацию всех повозок. Да что там, и в быту нашли распространение. Причем, Михаил был уверен, что новинка распространится и по другим городам. С гигиеной там конечно не так строго, как у пограничников. Но и с измазанными в грязи руками народ не ходит.