Но это все потом. Сейчас же, в груди поселился пульсирующий холодок волнения. А еще, нешуточно переживает за Андрея, к которому уже успел прикипеть и держал если ни как за младшего брата, то как за воспитанника, точно. Хотя, тот и младше всего-то на три года. В биологическом плане конечно.
— Допрыгались, — в сердцах произнес полковник.
В этот момент, одна из лошадей упряжки полетела наземь, а тачанка едва не опрокинулась, замерев в клубах пыли.
— Все Игорь в сторону. Со-отня-а! Мечи на темля-ак! Арбалеты к бою-у! — начал выкрикивать приказы Андрей.
Затем сунул в рот свисток. Один длинный. Внимание! Два коротких, один длинный. Вперед! Романов ударил пятками в бока жеребца, срываясь с места и увлекая за собой в брешь между повозками сборную сотню. Едва только оказались снаружи, как снова сигнал. Сотня начала разворачиваться в две шеренги. Противник приближался стремительно. Половцы слишком уж увлеклись погоней и пока не замечали новую опасность.
Понимая, что уйти не получится, друзья успели впрыгнуть в седла и встретить накатывающих степняков. Антон выстрелил из арбалета, и бросив его на землю, так как лука оказалась под попоной, подхватил клинок, болтающийся на темляке. Андрей метнул в ближайшего копье, сразил его и так же потянул меч, сходу рубанув насевшего кочевника. Мгновение, и парней захлестнула волна всадников.
Сигнал. Сотня вскинула арбалеты. Сам Михаил поступил так же. Еще свист. Послышалась разноголосица хлопков тетив. Их уже заметили. Разворачивают лошадей, чтобы встретить атаку. Кто-то валится в траву. Под кем-то убита лошадь. Но залп не назвать страшным. Прилетело несколько болтов из стрелометов, с незначительной результативностью.
Михаил потянул из петли копье. Сдвинул щит. В пограничников прилетели стрелы. Парочка воткнулась в щит. Одна, с глухим клацаньем, скользнула по вороненой чешуе доспеха, не сумев справиться со сталью.
Вот удар пограничников был страшен. Легкая половецкая конница не использует копья, а потому в лобовой атаке им нечего противопоставить. Но и обратиться в бегство не получится. Степным лошадкам не уйти от легконогих арабов. Вот и остается только атаковать.
Копье осталось в теле кочевника, обломившись в локте от его кисти Андрей отбросил обломок, опустил руку. Рукоять меча послушно ткнулась в руку. Следующего противника он полоснул снизу вверх, вскрыв грудную клетку. На третьего он навалился массой своего коня, дезориентировав его, а потом привстав в стременах и наклонившись вперед, насколько это только было возможно, рубанул наискось.
Достал лишь кончиком острия, но вышло знатно. Он почувствовал, как сталь разрубила несколько ребер. При должном лечении рана не смертельная. Да только где же у половцев нормальные лекари. Они с болячками животных лучше разбираются, чем с людскими.
Сшибка вышла скоротечной. Если не сказать стремительной. Казалось не успели сойтись грудь в грудь, а врагов уже не стало. Андрей вложил в рот свисток и подал сигнал все ко мне. Вовремя. Часть пограничников увлеклись и ринулись в погоню за бросившимися в бега половцами.
По накатывающей сотне половцев, наконец сбившейся в достаточно плотную массу выпалили несколько пушек. Разлет у стрел большой, перерасход серьезный. Но и обстрел куда более действенный, чем у пары тройки стрелометов. А тут еще и уже изготовившиеся к бою русичи.
Половцы предпочли отступить, отстреливаясь из луков. Тем паче, что имели какую-никакую фору. Михаил решил их не преследовать. Лишнее это. Противник потерял не меньше семи десятков воинов. Потери пограничников более чем скромные. И исчисляются только ранеными. Причем тяжелых среди них нет.
Хм. Вон и парочка из-за которых все это завертелось, цела и невредима. На воронении доспехов видны насечки от прилетевшей стали, но вид ошалевший. У Антона лицо в крови, но это из разбитого носа. А так ничуть не пострадали.
— И что теперь? — поинтересовался Бобров, когда Андрей вернулся в лагерь.
— Ну, с полсотни запасных лошадей у нас есть. Поменять им упряжку и пусть возвращаются к прежнему занятию, — ответил Романов.
— А если опять?
— Тогда опять, — пожал он плечами.
К концу дня стало понятно, что идея с тачанками показавшаяся Михаилу такой заманчивой, провалилась. Стрелометы не обеспечивали необходимую дальность для того, чтобы оттеснить противника на достаточно большое расстояние. Пришлось вновь вводить в дело пушки. И тут уж все вышло как надо. Шарукан был вынужден оттянуться подальше, возложив обязанность по блокаде лагеря на разъезды. Какая разница как далеко находятся половцы, если русичи продолжают сидеть в своем лагере лишенные воды.