— Сомнительно, чтобы он так решил надавить на тебя. Тогда бы увеличение пошлины коснулось бы только нашего Родиона. А он выяснил, что распространяется оно на всех. Похоже доходы казны от торговли из-за венецианцев падают, и Алексей взвинчивает сборы, чтобы сумма не уменьшилась, — озвучил свое видение ситуации Борис.
Все началось восемь лет назад, в тысяча восемьдесят первом году, когда война с норманами получила новый виток. Они осадили город Драч, и если им удалось бы захватить его, то они заперли бы Адриатику, перекрыв кислород венецианцам. Торгашам оказалось куда выгоднее заключить союз с Комнином. К тому же, Византия являлась одним из основных торговых направлений республики.
Однако, купцы не были бы купцами, если бы не попытались извлечь свою выгоду даже из столь сложной ситуации. Несмотря на то, что были заинтересованы в ромеях не меньше, чем те в них, венецианцы смогли продать услуги своего флота за ряд привилегий. Которые множились год от года, спустя четыре года достигли своего апогея. Алексей даровал им право беспошлинной торговли во всех землях империи.
Мало того, таможенные и налоговые чиновники не имели права даже досматривать корабли венецианцев. Те могли ввозить и вывозить что угодно. Ну и теперь они устанавливали цены. Причем в противовес другим, имели возможность пробивать нижнюю планку цен, сбывая свой товар и вынуждая других купцов вести торговые операции через них. Фактически, экономика Восточной Римской империи оказалась в руках этих торгашей.
Понимал ли Алексей, что творил, когда заключал этот союз? Вот уж сомнительно. Потому что большую глупость совершить было попросту невозможно. Четыре прошедших года он все еще умудрялся поддерживать доходы казны благодаря увеличению пошлин. Но коль скоро даже Родион предпочел сдать товар оптом, похоже наступил переломный момент. Причем в худшую сторону.
— Скорее всего ты прав, Борис, и причина всего лишь в недальновидности Алексея, даровавшего венецианцам небывалые привилегии, за службу их флота, — помяв подбородок, задумчиво произнес Михаил.
— Что-то надумал?
— Как считаешь, может случиться так, что Комнин замирится с сельджуками?
— Не в этом и не в следующем году. Они точат зубы на Малую Азию, что практически полностью отбил Алексей. А их подданные арабы стремятся вернуть былое господство на море.
— А тут еще и норманы, — хмыкнул Михаил.
— Ты это к чему?
— К тому, Борис, что мы пожалуй все же внемлем просьбе императора и отправимся к нему на службу. Только малость не так, как это ожидает он.
— Подробности будут?
— А т-то как же, — хмыкнул Михаил.
Глава 21. Переговоры
— Ну здравствуй, Михаил.
— Здравия тебе, Ирина.
— Да-а-а. Ты конечно никогда не был рохлей. Но где тот юноша, которого я знала. Зрелый муж, преисполненный мужества и достоинства.
— Зато ты все та же легконогая газель, что я знал десять лет назад, — с искренним восхищением произнес Романов.
— Десять лет! Боже, как быстро летит время, — едва не всплеснув руками произнесла женщина.
Хм. Или все же девушка. Да, замужем, да двое детей, но это ни коим образом не сказалось на ее внешности. Все та же молоденькая красавица, заставлявшая учащенно биться сердца мужчин. Причем не только из-за ее прославленного братца. За прошедшие годы он искренне полюбил свою жену, и считал ее настоящей красавицей. Но вот глядя на ромейку он был уже не уверен в том, что не готов согрешить.
Хм. Вообще-то, лучше бы не надо. Он прибыл в Царьград не за новыми проблемами, а для решения прежних. Так что, обойдется его дружок без сладкого. Если уж будет совсем невтерпеж, то удовлетворится кем попроще. Только в случае если та окажется значительно лучше Алии.
Он уже и в этом-то теле далеко не юнец, а прибавить сюда еще и прежний жизненный опыт, так и вовсе получается уже человек в возрасте. Так что, гормоны свои контролирует и бросаться на все что шевелится не станет. Правда, Ирина как раз тот самый случай и есть.
— На тебе это ни коим образом не сказалось. Смотрю на тебя и словно время замерло, — произнес Михаил.
— Льстец.
— Это всего лишь правда.
— Ладно. Поверю тебе.
— Позволь мне преподнести тебе подарки с Руси.
С этими словами он откинул крышку внесенного слугами ларца, открывая взору переливающиеся на свете меха, цветами от рыжего, до иссини черного. Подарок может и не тянул на целое состояние, но уж точно был дорогим. Теплые края? Ну и что. Если в мире Михаила говорили, что лучшие друзья девушек это бриллианты, то здесь можно было с уверенностью заменить их мехами.