— Думаю, это лаз, — мужчина провел рукой по запыленным коробкам. — Может, стоит его подорвать?
Астрид посмотрела на него с выражением, как будто ему предложили поджечь собственный дом ради эксперимента.
— Если зомби прорвутся внутрь — это будет единственный выход, — сухо сказала она и достала нож, чтобы вскрыть банку супа. — Но нет. Когда будет побольше людей, просто оставим охрану у входа. А пока — мы не устраиваем фейерверков.
Моменты застолья в форту были простые и почти сакральные: суп, горячий хлеб, сыр, который почему-то ещё пахал, и много молчаливых благодарностей. От блаженного насыщенного вкуса глаза у некоторых действительно закатывались — от счастья, а не от отравления.
После ужина они сидели у буржуйки, слушая, как ветер царапает ставни, а за стенами гулко перекатываются волны.
— Вот это я понимаю — роскошь, — сказала Мари, облокотившись на стол. — Тёплый пол, горячая еда и ни одного зомби, пытающегося вломиться в окно. Почти как отпуск.
— Отпуск, — хмыкнул Роан, ковыряя крышку консервной банки. — Только без шведского стола и с гарантирванным концом света.
— А ты, кстати, — вставила Астрид, не поднимая глаз, — в отпуске, кажется, тоже умудрился прострелить себе ногу.
— Это был аквапарк, — обиделся он. — И я тогда спас ребёнка.
— Ага. От батутной дорожки, — тихо засмеялась Мари.
Смех был редкостью, почти как хороший чай. Но сейчас он шёл мягко, без напряжения, будто им всем впервые за долгое время позволили быть людьми, а не выжившими.
В следующие дни они оттачивали рутину: дозоры, проверки периметра, чистка оружия. Астрид с утра тренировалась с арбалетом — прицельно, методично, будто каждая стрела — это слово, которое нужно сказать точно и вовремя. Роан мастерил новые засовы, кляня всё на свете, потому что инструмент был явно собран кем-то без рук, но с фантазией.
Иногда они сидели на стенах и наблюдали за горизонтом. Внизу ветер кидал клочья снега, волны бились о замёрзшие скалы.
— Думаешь, они придут? — спросила Мари, держа кружку горячего супа.
— Придут, — уверенно ответила Астрид. — Им нужен приют, а у нас есть стены и крыша.
— И коллекция древних арбалетов, — добавил Роан. — Почти как музей, только экспонаты ещё стреляют.
Вечером рация ожила. Сквозь треск и шипение пробился голос:
— …“Омега” на связи… подтверждаем координаты… группа из десяти выдвинулась… будем через сутки. Приём…
Мари едва не расплескала чай.
— Вот и всё. Нас нашли.
— Пора наводить марафет, — усмехнулся Роан. — А то подумают, что нас уже съели.
На следующий день они с рассветом проверили форт. Подчинили ворота, подтянули петли, разложили стрелы, даже нашли старую растяжку с надписью “Добро пожаловать” — и с чёрным маркером добавили под ней: “Если жив”.
Вечером снова метель. Снег крутился вихрями, когда Астрид поднялась на сторожевую башню. Где-то вдали, за линией деревьев, мерцали огоньки. Десять человек — люди из «Омеги» и “Рубикона”. Они шли медленно, в белых плащах, с оружием наготове.
Она сжала рацию:
— Видим вас. Добро пожаловать домой.
Когда ворота скрипнули и за ними показались первые фигуры, троица стояла плечом к плечу. Ветер завывал, но на лицах было что-то похожее на надежду — то самое, что уже казалось невозможным.
Астрид шагнула вперёд:
— Добро пожаловать в Форт Надежды. Если доживём до весны — переименуем его в Форт Везения.
Роан тихо добавил:
— А если нет — хотя бы весело посидим.
В ответ послышался короткий, усталый смех — живой, человеческий.
Глава 11
Снег стих к утру. На стенах форта висели сосульки, длинные, как копья. Воздух был свеж, тишина — почти благословенная. Только где-то внизу, у ворот, кто-то гремел инструментами. Новички из «Омеги» наконец-то проснулись и устроили утренний хаос.
Роан стоял у костра, потягивая кофе из жестянки.
— Чудно, — сказал он. — Мы три недели ждали людей, и теперь мне хочется вернуть зомби. Те хотя бы не спорят, где ставить кровати.
— Не бурчи, — ответила Мари, проверяя бинты на руках одного из прибывших. — Они хотя бы живые. Это уже повод для праздника.
— Ага, — хмыкнул он. — До первого похода за дровами.
Астрид подошла с картой в руках — старой, помятой, на которой кто-то жирным маркером отметил десятки точек.
— Это они принесли, — сказала она. — “Омега” собирала слухи о выживших. Тут — возможные поселения. Некоторые уже не существуют, но вот это… — она ткнула пальцем в южное побережье, — похоже, ещё держится.