Мари вытащила из рюкзака подобранный лом — еще не полноценное оружие, но и бесполезным его не назовешь.
— Напомни, — крикнула она, — зачем мы вообще идём вниз по реке, если всё дерьмо обычно плывёт туда же?
— Чтобы проверить гипотезу, — отозвался Роан, перезаряжая.
Зомби навалились волной.
Тени, рычание, брызги тёмной крови на снегу.
Астрид двигалась быстро, почти бесшумно.
Удар. Поворот. Выдох.
Каждое движение — точное, отточенное, будто она снова в тренировочном центре спасателей, где время от времени всё горело, но только по расписанию.
— Мари! Слева! — крикнула она.
Мари развернулась и врезала ломом по голове одному из зомби. Череп хрустнул, как лёд под сапогом.
— О, похоже, вернула себе лицензию хирурга! — заорал Роан.
— Если бы ты был моим пациентом, я бы начала с ампутации языка!
Ещё один.
Астрид выдернула топор, перехватила его двумя руками и ударила с размаху. Мясо, хруст, снег. Тело обрушилось, и на мгновение всё стихло. Только их дыхание — и тихое потрескивание льда под ногами.
— Кончились, — выдохнула Мари.
— Или затаились, — поправил Роан, глядя в туман. — Обычно в послесловии из кустов вылезает кто-то ещё хуже.
Астрид вытерла топор о рукав куртки.
— Тогда не будем ждать титров. Вперёд.
Она шла первой. За спиной хрустел снег, где-то вдали тянуло ветром.
Мальчишка, всё это время прятавшийся за рюкзаком Мари, наконец заговорил:
— А вы всегда… такие спокойные?
Роан фыркнул:
— Это не спокойствие, малой. Это смирение в чистом виде.
— Не переживай, — устало улыбнулась Астрид. — По лесам их бродит не так много. Если не соваться в города, всё будет хорошо. Вот увидишь.
Мальчишка кивнул. И они пошли дальше — по реке, вниз, к лаборатории, откуда кто-то всё ещё звал живых.
К вечеру они вышли к поселку у подножия горы.
Тишина стояла плотная, будто воздух сам устал звучать.
Дома — мёртвые, заиндевевшие, но один оказался живее других. В нём горел свет.
— Электричество, — удивилась Мари. — Думаешь, гидроузел ещё работает?
— Или кто-то к нему подключился, — пробормотал Роан.
Внутри оказалось тепло. Автономное отопление, вода, старый генератор в подвале. Запах — пыль, ржавчина и что-то вроде… нормальной жизни. Они проверили комнаты, окна, двери. Всё чисто.
— Похоже, сегодня без мертвяков, — сказал Роан. — Какая удача.
Мари первой пошла в душ — стояла под водой, не двигаясь, пока кожа не покраснела. Вышла она розовая, как поросенок, и довольная, как сыч. За ней пустили выживших. Им еще ужин готовить.
Мальчишка нашел на кухне консервы и макароны. Видимо маска и правда неплохо помогала в игнорировании запахов. Хоть дом и был чист — запах гнилых овощей стоял не самый приятный.
Следующей пошла Астрид. В ванной, кроме шампуней и мыла, нашлась зубная щётка.
— Ну, хотя бы раз в полгода зубы нужно почистить, — хмыкнула она, натираясь всеми возможными жидкостями. — Вот тебе и Мисс МЧС 2028.
Она взглянула в запотевшее зеркало.
Белокурые волосы спутались, брови заросли, кожа уставшая, но в глазах — сталь.
На полке — старая бритва для бровей.
— Супер. То, что надо.
Через час Астрид вышла, вся сияющая чистотой и мылом.
— Вау, вы красавица! — восторженно выдохнул мальчик.
— Я и забыл, что ты у нас главный секс-символ отряда, — сказал Роан и тут же получил по голове от обеих девушек.
Со стороны кухни потянуло запахом еды.
— Что это за божественный запах? — подбирая с пола слюнки, проговорила Астрид. Тяжело контролировать слюнопоток, если не ел ничего лучше батончика с горячим чаем на протяжении недели.
— Мы нашли консервированную ветчину и макароны, — одна из спасенных женщин с удовлетворением поставила пятилитровую кастрюлю с варевом. — Сыр в холодильнике превратился в пыль, а яйца протухли, — продолжила она, — но в шкафчике мы нашли пару порошкообразных соусов.
— Забираем все. Я вас сейчас расцелую.
— Не пугай людей своей любвеобильностью, — фыркнул Роан. — Она просто очень любит есть.
— Везет, когда весь жир уходит в грудь, — закатила глаза Мари.
— Уж кто бы говорил, — фыркнула Астрид. — У самой пятый размер. Как ты вообще с ним ходишь?
— Так, девочки, — Роан примирительно поднял руки. — Давайте без анатомических дебатов. Ребёнок сейчас утонет в слюне.
Мальчишка смотрел на кастрюлю, как на святыню. Астрид улыбнулась:
— Да, ты прав.
Наконец наполнив свои желудки, они забаррикадировали все двери. Опустив решётки на окна, они впервые за долгое время легли спать в нормальную мягкую постель. Кто на огромный диван в гостиной, кто на кровать королевского размера.