Эрик бросил на лейтенанта презрительный взгляд, продолжил, как ни в чем не бывало.
— То же самое могу сказать и о Содружестве, — он качнул пальцами в другую сторону. — Дутая пена из четырех систем и пары удаленных колоний.
Окинул присутствующих взглядом, спросил с усмешкой:
— Вам не кажется, что мы придаем слишком много смысла нашей мышиной возне? Наши потуги не видно даже из созвездия каюров, что уж говорить о мирах монолитов или бхутов. Мы с рхейцами настолько малозначимы для Вселенной, что с нашим исчезновением не изменится ровным счетом ничего. Так не абсурдно ли, господа, что в глупой драке сцепились именно мы, и те единственные придурки, которые, по странной случайности, так на нас похожи?
— Пустая болтовня, — фыркнул Тэ Иревиа. — Во все времена и во всех мирах первыми резали соседей. Особенно, если рожа похожа на ту, что в зеркале.
— И все же непонятно отчего Император не закроет Арки? — спросил у окружающих Си Ифмари. — Без Арок рхейцы просто не преодолели бы разделяющее нас пространство.
— Видимо, у него есть дела поважнее, — хмыкнул Эрик.
Юрий как раз добрался до небольшого шкафчика, открыл пенал со стопками кофейных брикетов. Примерился, размышляя сколько сможет забрать.
— А что думает наш «звездный странник» господин Гарин? — насмешливый тон офицера связи словно толкнул его в спину. — Поболтайте с нами, рэй-мичман, нам не хватает спектра мнений.
Лейтенант Эрик Али Гарину не нравился. Высокомерный, заносчивый, циничный, он слишком часто напрашивался на грубость, и Юрий старался меньше находиться в его обществе — уставал сдерживаться.
— Я ничего не понимаю в глобальной политике, — сухо ответил он, подцепляя ногтем четыре кофейных брикета. — И не склонен к философствованию.
— Юра, действительно, останьтесь, — попросил Си Ифмари, с которым у Гарина сложились товарищеские отношения. — Или у вас вахта?
— Нет, у меня свободный вечер, — не стал врать Гарин.
Он, наконец, вытащил кофейные «таблетки», положил в нагрудный карман комбинезона. Повернулся к столу, сверху вниз посмотрел на молодого аджая. Сказал:
— Но мне действительно нечего добавить к вашему спору.
— Но мнение-то у вас есть? — насмешливо спросил Эрик.
Юрий заиграл желваками, повернул лицо к офицеру связи. Поймал на себе полный надежды взгляд Тэ Иревиа — старый богомол ждал драки.
Не сегодня.
— Мнение есть, — он холодно улыбнулся Эрику. — Оно заключается в том, что я не знаю, почему не отключают Арки, не знаю, как выиграть войну и не представляю, что мы значим для Вселенной. Зато я точно уверен, что, если сегодня не проверю карту диагностики скафандров, то завтра у кого-то из моих может случиться разгерметизация. Знаю, кому нужно прибавить время на дополнительные занятия, чтобы послезавтра он не погиб в бою. Знаю, что наш гость выбрал не самое лучшее время для своего путешествия, но я все равно должен быть готовым обеспечить его безопасность в любой точке пути. Такое вот мое мнение, господин лейтенант.
— Хорошо сказано, — отсалютовал чашкой с чаем Корней.
— Господин Гарин конкретен, как пожарный лом, — сказал доктор, и было непонятно, похвалил он Юрия или наоборот.
Лейтенант Джаббар промолчал, наблюдая за разговором со стороны.
— Что ж, не способность оперировать масштабами свойственна некоторым детям звездолетов, — медленно, словно делая заключение, проговорил Эрик, изучая лицо Гарина. — Надо понимать, рэй-мичман, кофе вы тоже для вполне конкретных целей таскаете?
Юрий чуть не рассмеялся от столь топорной провокации. Ответил, отталкиваясь от стола и направляясь к выходу:
— Так и есть — хочу угостить друга.
По пути похлопал по плечу Си Ифмари, словно извиняясь за уход, кивнул остальным. Толкнул гермостворку в сторону и вышел в коридор.
Словно в прохладную воду окунулся. До чего же все-таки умел накалять обстановку этот Эрик!
Требовательно пискнул вифон — входящий от Аглаи Рубин.
Ей-то что нужно?
Быстро бросив Одегарду шаблонное «Задержусь» — тот уже, наверное, расставлял фигурки для новой шахматной партии, ответил на вызов.
— Господин Гарин, — голос чиновницы был сух и официален. — Вам необходимо зайти к господину Грюнеру.
— Прямо сейчас? — Юрий посмотрел на мерцающие часы.
— Прямо сейчас, — холодно уточнила Аглая. — У господина Грюнера адаптационный график, поэтому ему сложно выделить свободное время, удобное для вас.
— Вы будете присутствовать? — немного подумав, спросил Гарин.
Не то, чтобы общество Рубин ему было приятно, просто Юрий совсем не знал как вести себя с Высшим. Причем, боялся не столько за себя, а сколько за нарушение каких-нибудь тонких корпоративных условностей. А то ляпнет чего-нибудь не то, а потом весь экипаж «Полыни» на грунт спишут.