— А? — Рюга уперлась в бока. — Топор верни.
Нао поглядел на часового. Он и еще два стражника вытащили секиру, не удержали и уронили на пол. Металл был таким плотным, что не издал ни звона, ни лязга, просто оставил отпечаток на досках.
— То-то, — буркнула Рюга, продолжала сверлить Нао красными глазищами, — ничего больше сказать не хочешь?
— Господин Тин Чи, просит вас покинуть город до заката.
— Слышь, у меня дело тут!
— Мне отдали приказ оповестить вас, и выпроводить в случае сопротивления.
Рюга наклонилась.
— Мне отдали приказ оповестить вас, — покривлялась Рюга. — Ты в курсе, что ваш город — часть Холмов. Вы обязаны оказывать содействие пилигримам и…
— Господин Тин Чи подтвердил, что вы не пилигрим.
— Чего?
— У нас есть информация, что вы лишь претендент.
— У меня полные права, урод.
— Да, но они распространяются только на провинцию Далай, — под черными волосами Нао Рюга разглядела голубую радужку. — Прошу не упорствовать и покинуть город…
— Завались, белка. — Гонкай выпрямилась, — отведи меня к своему городовому.
— Я тебе не подчиняюсь, — проговорил Лишо. тебе — Я тебе не подчиняюсь, — проговорил Лишо.
Рюга пихнула птичника, подняла секиру. Когда подошла к выходу, стражники расступились безо всяких приказов.
Через полчаса Рюга нашла ратушу — высокое здание, в красно-желтых цветах, не в пример Далайским, было ухожено безупречно, ни единой травинки, трещинки или пожухлости гонкай не заметила.
Рюга поднялась по ступеням, потребовала охрану впустить ее. Вступила с ними в перепалку. Вскоре к ней выбежал служащий в золотой одеже. Гонкай наорала и на него, на что худой лишо со свисающими усами начал отбивать поклоны. Утверждал, что городовой занят, и никак не может ей помочь. Жетон пилигрима опять оказался бесполезным. пилигрима Рюга поднялась по ступеням, потребовала охрану впустить ее. Вступила с ними в перепалку. Вскоре к ней выбежал служащий в золотой одеже. Гонкай наорала и на него, на что худой лишо со свисающими усами начал отбивать поклоны. Утверждал, что городовой занят, и никак не может ей помочь. Жетон пилигрима опять оказался бесполезным.
Гонкай хватанула бюрократа за шиворот.
— Веди меня к нему сейчас же, — Рюга снова ткнула медальон в лицо бюрократа, выговорила ему правила содействия. — Ты обязан, понял.
— Л-ладно! — пискнул лишо.
Он глянул на стражника, который с открытым ртом стискивал пику.
— Вперед.
Через пару минут Рюгу провели в широкий зал в красных тонах. Гон уже слышала это от Сокутоки: в Чида было что-то вроде кодекса в выборе цвета одежды и любых атрибутов роскоши. Синий — стража, желтый и золотой — чиновники, оранжевый — торговцы и красный — знать, а также особые жители.
На небольшом подиуме сидел смуглый лишо в алом кимоно. За ним пара зверолюдов в сине-красной одежде. Уши городового порядком поседели. Он подпирал щеку и с тоской глядел на Рюгу.
— Я просил не пускать ее, — сказал городовой бюрократу, что привел ее.
— Прошу простить, господин Тин Чи, но, судя по всему, у нашей гостьи срочное дело к вам.
Городовой махнул рукой — бюрократ засеменил прочь не выходя из поклона. Рюга заговорила.
— Я пилигрим из…
— Ты не пилигрим, — оборвал ее Лишо, едва слышно пробурчал: — Пришла клянчить подачку для подыхающего городка?
— Эй, полегче дядя.
Городовой приподнял руку. Пара телохранителей-лишо позади, что двинулись в сторону Рюги, остановились. Гонкай напрягла глаза, — «Фига…» — подумала она. У одного, постарше, дух был внутренний, плотнее, чем у всех, кого она встречала на отборе, кроме Печеньки и Сагато. Дух второго Рюга не смогла распознать, но поняла, что он был зрячим и мог использовать пристальный взгляд одновременно с техниками.
— Я не драться пришла…
— Верно, ты пришла, чтобы попрошайничать.
— Чтобы поменять деньги на…
— У Чида нет зерна для Далай, — снова перебил городовой.
— Чида подписал альянс с Холмами. Вы подписали! И обязаны оказывать помощь…
— Кому? Кому?
— Пилигримам.
— Ты не пилигрим.
— Слышь, дед, какое это имеет значение!
Один из телохранителей сделал еще шаг. Городовой снова остановил его ладонью.
— Такое, что я не обязан тебя слушать. — Он слегка наклонился вперед. — И в Чида ты зерна не купишь, это я тебе гарантирую.
Рюга сверкнула глазами. Городовой сделал жест, будто прогоняет назойливого ребенка. Гонкай хотела было заорать, вместо этого сжала руки в кулаки. Даже пальцы на ногах поджала, затем снова вспомнила Хана. Развернулась и ушла прочь.