— У меня предложение, — наконец заговорил Фешань, — когда закончишь экзамен, вступай под мое начало.
— Нет уж!
— Как резко, — передразнил зверолюд.
— Я с сестрой хочу быть.
— М-м-м, это навряд ли.
— Чего сказал?
— Не горячись, я лишь проговариваю факты.
Рюга наклонила голову.
— Ха-ха-ха, я объясню… та-а-ак это было тут, ага. — В куче деревянных свертков Фешань достал пергамент, протянул Рюге.
Гон читала его больше минуты, стиснула так, что зверопес едва успел выдернуть бумагу из пальцев девушки.
— Ну во-о-от, порвала.
— Мы будем вместе!
— Да пожалуйста, вот только твою сестру хотят получить в свои ряды почти все заместители Патриархов, боевой исток в девятнадцать лет, такой талант появляется раз в поколение…
— Я все знаю сама!
— И чего так упрямишься, ты можешь просто порадоваться за нее и…
— Замолчи.
Рюга подорвалась, чтобы уйти. Фешань обогнал ее и встал в дверях. Зверолюд был выше на три головы, невольно Рюга начала прикидывать, как этот здоровяк протискивается в дверь, в которую даже ей приходится нагибаться чуть ли не вдвое. Фешань нагнулся.
«Черт, да что же это такое?» — думала гонкай, глядя на собачью морду, которая источала дружелюбие.
— Присядь-присядь, у меня и в мыслях не было тебя злить, да вот так.
Рюга плюхнулась обратно на стул.
— Выслушай то, что я скажу и постарайся не перебивать.
— Постараюсь.
— Ты в Чида всего неделю, а уже создала минимум три повода взять тебя под стражу. А может, и под суд. Закон для пилигримов должен быть превыше всего…
— Лечить меня надумал?
Фешань вскинул ладонь.
— Ты обещала.
Рюга закатила глаза.
— Если продолжишь в том же духе — тебя либо лишат звания, либо ты станешь загонщиком, а они долго не живут.
— Это еще кто?
— Пилигримы, которых посылают на миссии устранения, охоту за другими Пилигримами и их подчиненными.
— Припоминаю, — сказала Рюга, в ее памяти всплыли байки Хана о таких бойцах. — Может, мне это подходит?
— Если хочешь быть с сестрой — точно нет, — сказал Фешань с лыбой на все лицо. — Лучший способ для тебя быть ближе к сестре — вступить под начало одного патриарха, а затем при ротации оставаться вместе.
— Мы так и хотели.
— Но, чтобы попасть с ней в одно звено, тебе нужно будет проявить себя. — Зверопес хитро поглядел на гонкай.
— Продолжай.
— Я помогу тебе добиться третьего ранга, уверен с таким стартом, как у твоей сестры, она получит его в первые пять лет и вскоре вступит в отряд кандидата в Патриархи.
— И что?
— Пилигримы третьего ранга имеют право выбирать своего начальника.
— Так я буду под ней?
— Какая разница, если ты хочешь быть рядом?
— Все сказал?
— Нет, еще кое-что.
Зверолюд выложил перед девушкой три полоски ткани с иероглифами.
Чем больше Рюга читала, тем больше у нее распахивались глаза. Она зыркнула на Фешаня.
— Какого хрена ты молчал?
— Она жива-здорова, не хотел тебя тревожить.
Рюга потянулась к воротнику зверолюда. Боль от пореза заставила ее сморщиться, но при помощи костей гонкай перетащила Фешаня через стол. Все что было на нем, с грохотом посыпалось на пол.
— Я уже сообщил, что с тобой все хорошо.
— Откуда ты вообще столько знаешь про нас? — Процедила Рюга.
Впервые Фешань перестал улыбаться. Гонкай ощутила, что на нее смотрит необычный айн. Лины, гоны, лишо и им подобные были людьми по натуре. — «Он как Хадарэ… — подумала Рюга и ослабила хватку, — зверь».
— Три корабля с первой партией зерна уйдут завтра на рассвете, — сказал зверолюд без обиняков, — отправишься, или погостишь еще?
— Отправлюсь.
— Но береги себя, если мышцы не срастутся, это будет твоей виной, никаких резких движений, иначе навсегда потеряешь в силе… — Фешань еще долго перечислял, что есть и пить, как двигаться, спать и тому подобное, попутно он полечивал ноющие раны.
— Спасибо, — сказала Рюга.
— Есть за что, — с улыбкой сказал Фешань и захохотал. — И еще кое-что.
— М?
— Я знаю, как тебе стать сильнее. Под моим началом ты приблизишься к сестре.
— Это как же?
— Научу тебя кое-чему, точнее, много чему.
— У меня уже есть Мастер, — бросила Рюга и развернулась, чтобы уйти.
— С чего ты решила, что он хороший учитель?
— Ну-ка повтори.