— Можешь идти, — сказала бандерша, постучала курильной трубкой о нефритовую пепельницу в виде клубка змей.
Кото поклонилась и закрыла дверь снаружи.
— Прошу, — сказал Лисара.
Рю села за круглый столик напротив.
— Добрый день, — поздоровалась гонкай. — Я пришла чтобы…
— Ну и ну, — перебила Лисара, она поглядела на серые пятна под глазами Рю, — морщины в твоем возрасте, это почти роскошь.
Гонкай молчала. Бандерша встала, обошла Рю и положила руку на кожаный наплечник. Провела пальцами по тонкой шее. Наклонилась к уху, вдохнула аромат волос.
— Такие как ты на вес золота, — прошептала Лисара. — Я в этом толк знаю, поверь.
— Я не понимаю вас.
Бандерша обошла столик по кругу, села за стул и затянула трубку. Пустила дым в сторону.
— Ты никогда не думала о том, что выбрала неверный путь в жизни?
— Давно, временами, но это в прошлом.
— Я могу обещать тебе, что если станешь одной из моих девушек, тебя ждет лучшее будущее.
Рю молчала.
— Многие мужчины ценят лишь простую красоту, грудь побольше, губы попухлее. Некоторые любят рост. Но гоны уродливы. — Лисара в очередной раз приценилась к лицу Рю. — Твои черты поражают, такая нежная маскулинная красота может покорить сердца многих мужчин.
— К чему вы клоните?
— Поработай у меня пару лет, наберись опыта, обещаю, сможешь сама выбирать клиентов. — Лисара постучала трубкой. — Увидишь, не пройдет и года, как у тебя появится обожатель, готовый расстаться со всем что у него есть, лишь бы ты принадлежала ему.
Белые ресницы Рю, которые росли в два ряда, слегка дрогнули.
— Благодарю за предложение. Я пришла к вам по другому вопросу.
Лисара покачала головой, выдохнула остатки дыма в сторону гонкай.
— Пришла за деньгами.
— Да.
— Я уже внесла свою долю в казну по вашему требованию.
— Благодарю вас за помощь.
— Как я погляжу, ты у нас не от мира сего. — Лисара поглядела на Рю как владелец ломбарда, который прикидывает ценность вещи.
— Мы хотим предложить вам преумножить вложение на десятую часть, после того, как урожай будет собран. Казне не хватает денег на подготовку к посевной и не только.
Бандерша покачала головой.
— А что если урожая не будет, что если дожди, засуха, пожары или паразиты уничтожат его?
— Вы получите две десятых в следующем.
— Милочка, ну кто по-твоему так ведет дела? Мы обе знаем, что ваша компания уйдет после зимы, и с кем тогда мне придется иметь дело?
— С пилигримами, которые заменят нас.
Лисара скривилась, — «И это о ней столько слухов, — подумала бандерша, вспоминая отчеты о претендентах, который выкупила у своих осведомителей, — с одной стороны алмаз, а с другой — бревно… но, может, она сумеет?»
Лисара молчала больше минуты и разглядывала гонкай, та терпеливо ждала. Бандерша даже решила, что Рю и до заката может просидеть.
— Предлагаю услугу за услугу.
— Я слушаю.
— Пару лет назад шайка пиратов выкрала моих подопечных.
— Девушек?
— Мгу. Если найдете их и вернете живыми, я внесу в казну три тысячи золотых хадо.
— Это большая сумма.
— Я не буду требовать возврата долга, пока казна не встанет на ноги, пускай даже это затянется на годы. — Лисара постучала трубкой о нефрит. — Они держат их на острове, на каком и где, мне не ведомо. Но знаю наверняка, что это были те же пираты, что напали на Далай месяц назад.
— Что, если девушки будут нездоровы?
— Разве я что-то сказала об их состоянии?
— Может оказаться так, что они потеряют способность работать у вас.
— Потеряют способность? — с ухмылкой спросила Лисара. — Например?
— Шрамы на теле, искалеченные конечности, болезни…
Рю принялась перечислять с десятки вероятных увечий и недугов. Бандерша потирала висок, от услышанного на ее лице проступили морщины, — «Бедная девочка. Что же у тебя с головой?..»
— Довольно. Если привезешь их живыми, я заплачу, — отрезала Лисара. — В каком бы состоянии они ни были, я приму их как есть.
— Понятно. Что-то еще?
— А ты готова взяться? — ухмыльнулась бандерша.
— Нет, у нас мало поводов покидать город и рисковать, — ответила Рю.
— Тогда… — Лисара кивнула в сторону выхода.
— Благодарю за помощь.
Пока Рю вставала и шагала к двери, Лисара терла лоб большим пальцем.
— Стой.
— Слушаю.
Гонкай услышала глухой звук дерева и лязг монет.
— Тут пятьсот хадо, я требую две десятых сверху к середине зимы.
— Но я предлагала десятую часть.