— Она победила, — обрадовалась Мия.
Мудо оскалился.
Рю двигалась к нему.
— Не лезь, — гаркнула Рюга, — у нас дуэль, забыла?
— У нас два на два.
— Не лезь, сказала!
Белая сестра поколебалась мгновение. Кивнула и отошла подальше. Однако Кито и Мия видели — Рю уже добралась до гонов своей территорией истока, и был готова атаковать и защищать в любой момент. — «Она не поняла, что я ей сказал…» — подумал Мудзан, который наблюдал за боями со стороны, он тоже видел исток.
Рюга продолжала скакать вокруг в попытке подобраться. Мудо начал молотить по мостовой дубиной, запуская огрызки искры и камня, которые долетали аж до города. Жители, что убежали, понемногу начали возвращаться. Они прятались за обелисками, деревьями и заброшенными постройками. Особенно близко подходили молодые банды.
Рюга нырнула под шквал камней и наконец добралась до громилы. За счет экстракта гон сильно ускорился. Наотмашь размахивал дубиной из стали и дерева, как будто она ничего не весила. Красная сестра уклонялась, прекрасно понимала, что никакие кости и черный металл не защитят ее от этого.
Вдруг Рюга осклабилась. Мия отвернулась, а Кито прижал уши.
Поймав нужный момент, Красная сестра замахнулась секирой, но вместо атаки, отпустила ее в свободный полет. Затем удлинила костяные руки втрое и перехватила оружие. — «Прощайся с ними!» — подумала Рюга и сосредоточила столько духа, сколько могла.
Секира и железная дубина с лязгом наскочили друг на друга.
Вместе с щепками и железными ободками, на мостовую посыпались пальцы Мудо.
Рюга не остановилась. Клином на секире долбанула гона в висок. Чтобы защититься, Мудо сосредоточил в голове половину духа, отчего та засветилась золотом. Звон и хруст вызвали желание откусить себе уши у всех зверолюдов в округе. Рюга лупила Мудо черной секирой, пока тот мог защищаться. Как бы здоровяк ни пытался вернуть инициативу, лишь напарывался на тычки черенком, или удары лезвием плашмя. Оба чувствовали, что их драка повторяется один в один.
— Она дерется своим топором как лопатой, — хихикнул Дракончик, глядя на Веснушку. — Чего напрягся, они их сделали.
— Я не думаю, что это все, — прошептал Фато, мальчишка высматривал округу в поисках подвоха.
Мудо истратил на защиту почти весь дух. Он сдержал полсотни ударов, которые могли распопаламить его по нескольку раз каждый. Гон истекал кровью от неглубоких зарубов. Рюга порубила половину цепей на его теле, вдобавок оттяпала ухо и рассекла трапецию с ключицей при последней атаке.
Гонкай запыхалась. Когда убедилась, что экстракт больше не вырабатывает дух в теле Мудо, глянула на его банду. Ряды молодых уже сдулись вдвое. Никто и не думал идти на выручку главарю.
— Нихрена не изменилось. Решил, выпьешь эту дрянь и всех победишь? — Рюга положила секиру на плечо Мудо. — Но ты слабак, просто большой урод, которые не умеет драться, будь у тебя хоть сто таких склянок, исход был бы тем же.
Гон хватал воздух и пытался сфокусироваться на чем-то кроме боли.
— Выкладывай, где мои пацаны, а то ноги отрублю. , а то ноги отрублю — Выкладывай, где мои пацаны, а то ноги отрублю.
Мудо зыркнул на Рюгу, хватанул топор, гокнай пыталась выдернуть оружие, но остатками духа здоровяк смог удержать его. Рука, на которой остались только мизинец и большой палец потянулась за пояс. За мгновение Мудо вытащил круглую склянку со светящейся оранжевой жидкостью. Он успел хлебнуть лишь полглотка.
Чернильные кулаки Рю выбили склянку и оглушили Мудо. В следующий миг, белая сестра, Кито и Мия кинулись на выручку красной. Троица видела, как в теле Мудо вспыхнул дух в десятки раз сильнее того, что был после экстракта. Глаза гона засияли, кожа покрылась трещинами и начала запекаться до корочки.
Рюгу накрыл колокол Рю. В следующую секунду Мудо разнес его в пыль. Красная сестра успела прижаться к стенке купола, чудом увернулась и тут же прыгнула вверх. Громила сорвался с места, пролетел всю площадь и прорубил половину каменного подиума вдалеке. Тут же Мудо выпрыгнул из обломков, не рассчитал дурь и взлетел выше деревьев.
Рюга оклемалась, стиснула топор, разбежалась и метнула его в Мудо, пока тот пикировал вниз. Он перехватил топорище голой рукой, врезался в мостовую, на которой образовался кратер. Из пыли в Рюгу полетело ее же оружие.
Гонкай легла. Святыня за ней превратилась в муку после столкновения с секирой.
Теперь жители бежали прочь без оглядки.
«Он растерялся…» — подумали Кито и Криста, наблюдая за тем, как Мудо изучал собственную руку, которая тлела будто обугленная.