Узкоглазый из харчевни владел стихийным духом, как и красавчик. Он хлестал гривой словно фанатик на рассвете, собирая воду из воздуха, а потом направлял ее в противника.
Наконец пришла очередь Рюги.
Красная близнец зашла на арену.
Лин.
Тот самый, что забежал с ней на лестницу, Рюга про себя уже нарекла его Печенькой. Этот малыш был даже меньше Кито. На мордахе блестела первая бородка и жидкие усы, которые, судя по всему, лин берег как символ мужества.
Рюга задрала бровь. — «Бой с крысой, блеск…» — подумала она.
Читосо Сачи… — прогундосил малыш.
Оба представились. Заняли стойки. Рюга окинула пристальным взглядом Печеньку. Ухмылка на ее лице тут же растворилась, — «ОПАСЕН!» — проискрило в ее голове.
Но было уже поздно, словно брошенный камень, лин врезался ей в грудь. Гонкай вылетела за пределы арены.
Духовые ребра, которые Рюга успела выставить, превратились в красную пыль. Накоротко в глазах потемнело. Отлетев на пять метров, она оскалилась, схватилась костяными руками за татами.
Лин волчком метнулся к правой лапе, которая могла обхватить корову — раскрошил все пальцы серией ударов. Рюга притянулась к арене, прочесала плечом по камню.
Едва гонкай встала, Печенька уже несся в атаку. На подходе Рюга ударила его уцелевшим костяным кулаком. Лин скакнул к нему, отпружинил, потушил весь удар и раскурочил духовую руку. Средний и безымянный палец с фалангами растаяли.
Красноволосая гонкай рванула к Печеньке, чтобы долбануть его ногой. Она залила весь дух в пятку, на этот раз лин отлетел за пределы арены как мяч.
Кито глядел, раскрыв рот.
Печенька приземлился на колонну, оттолкнулся как кузнечик и снова кинулся в бой. Рюга пинала его так какое-то время. В очередной раз лин голыми руками оторвал от колонны глыбу, раскрошил на куски и подбросил их в воздух. Один за другим он пинал обломки в Рюгу.
Та закашляла, пока отбивала пыльные снаряды. Гонкай не уследила за лином. Тот в очередной раз отскочил и приземлился в шаге от нее. Добравшись до ног, разломал духовые колени. На это Рюга попыталась цапнуть его увеличенным черепом. Лин крутанулся как бутылка на земле, выбил все зубы и духовую челюсть. Следом черными подушечками лап заехал по настоящей.
«Какой быстрый!» — только и пронеслось у Рюги в голове.
Гонкай упала на арену задом к верху.
«Отключилась!» — подумали все ее товарищи разом.
Лин нахмурился, сделал жест кулак-ладонь, поклонился и насупленный пошел прочь.
Дернул круглым ухом.
В полу осознанном состоянии на него летел демон с верхней частью черепа, за которой блестел окровавленный оскал.
Рюга думала, что достанет его, но вместо этого отклонилась в сторону и, ловя равновесие, рухнула с арены как связка дров.
«Теперь точно отключилась» — снова подумали товарищи.
Печенька хмыкнул и с важным видом засеменил по ступенькам.
Мия и Кито проиграли свои рукопашные бои.
К концу дня всех, кроме Рю, лечил Мастер Шо. Рюгу доставили на постоялый двор на телеге.
— Чертов… М-м-М-М-у-г-х! — закипала красная сестра каждый раз, когда вспоминала свой поединок.
— Ты так мило лежала… — сказал Кито, когда Рюга зыркнула на него, он показал домик ладонями.
Гонкай собралась кинуться на лина, но головокружение, боль в ногах и груди тут же разубедила ее.
Мия сидела в клубке, утопив голову в коленях. Рю погладила ее по спине.
— Я слабее всех… — прошептала она.
— Мия, — проговорил Мастер Шо, — вспомни слова Хадарэ, этот отбор нужен для того, чтобы вы получили боевой опыт. Поражение не менее важно, чем победа.
— Да ну вас… — огрызнулась Рюга, — как поражение может сделать сильнее.
В дверь постучали.
— Входи уже!
Хан протиснулся в проем. Глянул на Рюгу.
— Живая? — спросил он.
— А разве блохи убивают?
— Ох… — Хан помотал головой. — Ты снова говоришь глупости, научись уже уважать всех айнов. Тебе только что доказали, что сила не в размере.
— Я бы победила с оружием!
— Может быть, а может, и нет. — Наставник пол минуты играл в глазелки с красной сестрой, — Главное, чтобы ты поняла — внутренний дух не менее сильное оружие, чем внешний.
— Да поняла я. — Рюга отвернулась, зыркнула на Мию, та тут же отвела взгляд.
К гонкай подошел Мастер Шо.
— Ну, что болит? — спросил старичок.
Утром вся процессия снова отправилась к храму, в этот раз многие шли не так бодро. Воздух от ночного дождя со снегом стал влажным, а на дорогах завязалась слякоть.
Рюга уже не забегала по ступенькам, а Мия на вершине поймала непривычную для нее одышку.