— Основам, — ответил Акида.
— Ха-ха-ха… Когда-то твой дед сказал так же.
— Вот как… теперь я его понимаю.
— Ну понятно, похоже, идеальный момент размягчает голову… Чего нос повесил? Куда подевалась твоя угрюмость. — Мудзан облокотился на стол.
Генерал сверлил бывшего соратника взглядом. Акида продолжал пялиться в пустоту. Хотя оба знали, что оба знают, что он уже потерял концентрацию.
— Я понял, боишься, что не сможешь выучить девочку?
Теперь капитан вцепился в генерала карими глазами.
— Ты натренировал тысячи солдат, с чего тебе переживать?
— Среди них не было женщин… и я никогда не учил идеальному моменту.
— Ну, думаю с ней легко будет, она доверяет тебе, причем полностью. Цени это.
— Да.
Мудзан отпил из кувшина, отрыгнул в щеки.
— А эта белая дуреха знаешь что мне предложила?
— Стать городовым, — ответил Акида.
— Именно! — Мудзан хлопнул по столу так, что посуда чуть не провернула сальто. — Судо мне говорил, что она, как он это сказал, немного необычная… — Мудзан покрутил ладонями, будто игрался с ребенком и снова заразно засмеялся, — она блаженная, да по ней небо плачет! По твоей девчонке, кстати, тоже, не думал, что… чего ты уставился?
— Я считаю, у тебя бы неплохо получилось.
— Получилось или нет, а мне оно даром не надо… к тому же меня сразу на вилы поднимут. Далай без армии. — Мудзан осушил кувшин и громыхнул им так, что посудина треснула. — Первое, чтобы я сделал — сцепился насмерть с холмами, чтобы это изменить.
— Далай больше не нужна армия, на такое нет сил, к тому же, ты бы спровоцировал Чида и остальные провинции…
— Вот и говорю я, что не получится из меня хороший городовой.
Акида снова уставился в столешницу.
— Я посоветовал Бу на эту роль, знаю он тебе не нравится и…
— Я сам думал об этом.
— Да ты что?.. хм-м-м вы помирились?
— Нет.
— А мне казалось, ты считаешь Бу мерзавцем, каких свет не видел.
Акида отпил воды из горлянки.
— На самом деле я так никогда не думал.
(Портовый район Далай)
В дверь рыбной лавки братьев выдр раздался стук.
— Кого там принесло!
— Наверное, Чипа вернулась.
— Рано же еще!
Выдра распахнул дверь, в невысоком дверном проеме увидел длиннющие ботинки с железными наколенниками.
— Добрый день, — сказал голос сверху. — Я вас не отвлеку.
— Это седая госпожа!
«Седая? — подумала Рю и почему-то представила себя капитаном пиратского корабля, выкрашенного в белый цвет, на парусах которого трепыхалась морда выдры с кастетами накрест, — а не плохо было бы».
— Для вас все что угодно, госпожа, — сказал второй выдра.
Рю поймала себя на мысли, что не заметила, как он подошел.
Проходите-проходите! — приговаривали братья, на круглых лапах гонкай заметила блестящие рыбьи чешуйки.
— Госпожа?
Гонкай слегка тряхнула головой. Согнулась вдвое, чтобы протиснуться в небольшое жилище, внутри она бы смогла стоять в полный рост, если бы не гребень-плавник на затылке. В комнате пахло солью, рыбой и одеялами, которые давненько не стирали. На белые брови Рю прилипла паутина. Мебель состояла в основном из ящиков, сколоченных друг с другом досками. Из них была сделана почти вся мебель. Рю, по указке хозяина, села на один такой стул с пуфом, вдруг поняла, что это на самом деле кровать. — «Они спят, свернувшись в клубок!» — подумала Рю, на выдр она смотрела как на сокровище. стул Гонкай слегка тряхнула головой. Согнулась вдвое, чтобы протиснуться в небольшое жилище, внутри она бы смогла стоять в полный рост, если бы не гребень-плавник на затылке. В комнате пахло солью, рыбой и одеялами, которые давненько не стирали. На белые брови Рю прилипла паутина. Мебель состояла в основном из ящиков, сколоченных друг с другом досками. Из них была сделана почти вся мебель. Рю, по указке хозяина, села на один такой стул с пуфом, вдруг поняла, что это на самом деле кровать. — «Они спят, свернувшись в клубок!» — подумала Рю, на выдр она смотрела как на сокровище.
Братья уселись напротив гонкай, уставились на нее черными, блестящими глазками, как дети, — «Миленькие!» — с восторгом подумала Рю и чуть не потянулась трепать выдру за щеки.
— Ну так госпожа, чем обязаны? — прокряхтел первый брат.
— Ах, прошу простить, что отнимаю время. — Рю достала пергамент с подписями в виде отпечатков лап. — Это ваш договор на передачу имущества господину Бу?
— Ага, лапсы наши, — похохотал первый брат.
— Точно наши, — подтвердил второй, когда поглядел на руку, которая была ближе к звериной, чем к человеческой. — Мы грамоте не обучены, госпожа.