— Но ведь она все вспомнила, значит, и господин Куруе больше не под действием…
— Саймо, все может быть куда сложнее, оставь это нам.
— Как скажете! — Тихий поклонился.
Петух молча слушал. Даже Рю смогла распознать, что птицелюд опечален. Красный хохолок с кучей рубцов повис, как и голова с гривой из оранжевых перьев, что сползли на воротник. Куриные лапы пошкрябали по песку.
— Я думаю, мы можем взять вас с собой, — сказала Рю. Оранжевые глаза петуха просияли. — Но при одном условии.
— Я на все готов! — прокудахтал Куруе, посмотрел на Мию, затем на Саймо.
— Вы будете приманкой, — сказала Рю.
Пока судно плыло на остров с красными пальмами, Кито осматривал товарищей по пять раз в день. Он искал симптомы неизвестного заболевания, но пока что все были здоровы.
(Холмы мастеров, провинция Айто, холм Дайт)
В трех тысячах километров от побережья на скале, что тянулась выше облаков, в воздухе будто флаг развевался свиток. Он извивался на сотни метров. Ожившие иероглифы мерцали словно плавленое золото. У основания свитка сидел Патриарх.
Он был одним из десяти. Но единственным харудо. Эта древняя раса жила так долго, что с годами неизбежно разочаровывалась в мире, и обычно политика — это последнее, что их интересовало. Немногие харудо выдерживали гнет столетий, а те, кто справлялся, считали, что мечты о вечной жизни рождаются лишь по незнанию. Но благодаря своему дару Патриарх нашел то, что возвращало ему интерес к миру, на протяжении долгих семи столетий — это судьба других.
В белых одеждах старец парил в воздухе перед живым полотном. На его вытянутой макушке покоилось чучело дракона. Оно будто пожирало его голову, свисало подобно живому плащу на спину. Сделанное искусным мастером чучело выглядело как уменьшенная в десятки раз натуральная голова дракона, что некогда обитали в Холмах. Неживая. Точнее, у нее не текла кровь. Но в чучеле дракона виднелся дух, фарфоровые глаза двигались вразнобой и изучали рябь символов на свитке Патриарха.
— Они выдвинулись слишком рано! — раздался голос Чучела в сознании старца.
— Вижу, — прохрипел он.
— И как же быть, я не успею доставить послание.
— Я кое-что припас на этот случай, — сказал Патриарх и коснулся синего кольца на морщинистой руке.
— Он тоже не успеет, — с тревогой юнца прорычал дракон.
— Он нужен, чтобы провести их через бурю, а не для того, чтобы помогать в битве.
— Вы хотите, чтобы они сражались сами?
— Шансы равны.
— Но что если…
— Довольно Мушо, — оборвал старец, — есть те, кому помощь куда нужнее.
Огромный свиток словно порывом ветра развернулся на шесть оборотов. Взор Патриарха с далекого юга устремился на северо-восток, где бури скрывали то, что беспокоило старца куда больше, чем судьба четырех претендентов, что плыли в западню.
Глава_28.1 Рога
На фоне пунцовых облаков, в лучах заката остров с красными пальмами выглядел как черный силуэт. Небольшой бугорок в бесконечной глади воды походил на кусочек заброшенного сада. В центре из-за макушек деревьев виднелся шпиль из черного камня, который остался после извержения вулкана, и до сих пор сохранил блеск.
В песчаный берег воткнулся нос корабль выдр. Вскоре к нему сбежались три десятка пиратов с копьями и луками наготове.
— Кто там?! — гаркнул самый высокий, не приближаясь к судну.
— Это Куруе, — проухал голос птицелюда.
— Не расслабляйтесь!
Дюжина пиратов с луками снова натянули тетивы, длинной с человека.
Высокий главарь подошел ближе.
— Почему ты один? — спросил он у петуха.
— Потому что я кое-что вспомнил, — Куруе посмотрел на Высокого.
Лицо этого гона всегда раздражали Петуха, но он не забыл почему. Сейчас, когда птицелюд увидел своего мучителя, того, кто пустил его товарищей на опыты четырех неизвестных, вспомнил, как это было. Высокий тоже забыл и тоже вспомнил не так давно, но лишь обрывки. Теперь же, когда он видел Куруе, понял, что перед ним мститель.
— Все эти годы ты топтал землю, — прокряхтел петух, — но был недостоин!
— Застрелите его! — Проорал Высокий.
— Они все враги! — крикнул Куруе.
Полетели стрелы. Петух потратил все силы на то, чтобы прокричать последние слова. Четыре из пяти стрел, что летели в него, превратились в щепки. — «Снова она спасает меня… — подумал Куруе, наблюдая, как Мия прыгает за борт с шестом в руках. — Я хочу видеть эти глаза каждый день!»
Рюга долетела до банды пиратов первой. Мия старалась не смотреть, но видела, как силуэты, что подбежали к красной сестре от ударов черной секиры, делились надвое.